Книга Доктор Аддер, страница 119 – Кевин Уэйн Джеттер

В воздухе проявилась небывало громкая и интенсивная вибрация, и верхние слои его кожи начали отшелушиваться.

Его кровь закапала навстречу огню. Но не пламя, а тепло охватило его. Он ослеп, однако оставался в живых. Он погрузился в кровь кого-то большего, пульсирующую электрическими импульсами.

«Это его кровь». Лиммит повис недвижимо, и мысль пробилась сквозь пелену страха: «Моего отца. Моя кровь и его кровь. Одно».

Лишенный зрения, он чувствовал, как сочится к центру его разума кровь отца, как тянется она к горящей там искре энергии.

«Кровное родство, – думал Лиммит, – он желает, чтоб я стал, как он, чтоб я с ним слился. И жил вечно после победы в этом поединке».

Успокаивающая теплота подкрадывалась к позвоночнику.

«Именно этого на самом деле хочешь и ты». Шепоток, с трудом отличимый от его собственных мыслей. «Стать таким, как твой отец».

— Нет.

С этим словом Лиммит ощутил хлестнувшую по зубам кровь. Из ямы желудка взвилась, раскручиваясь, ненависть, а теплота вокруг зашипела, испаряясь, и исчезла.

— Мы с тобой не одной крови! – задыхаясь, выплюнул он. – Умри ты, а не я!

Лиммит распрямился и начал хватать руками тьму. Шепчущий голос, который говорил с ним ранее, голос его отца, вскричал от собственной ненависти и боли – сын нанес ему смертельную рану.

Потом Лиммит снова ощутил себя снаружи, за пределами своего отца, он уже не висел неподвижно в крови, но летел вниз, навстречу языкам пламени.

— И в конце концов я очнулся на складе.

— И как ты себя почувствовал? – спросила Мэри.

Она наблюдала за Лиммитом, сидевшим к ней в профиль. Как знать, авось получится еще что-нибудь из него вытянуть. Они находились в той самой комнатушке в Крысином Городе, какую делили некоторое время до этого. Она на койке, он в кресле рядом. Он пришел за чем-то (во всяком случае, так он утверждал) и случайно застал ее здесь.

— Дерьмово, – ответил Лиммит. – Меня трясло, как в лихорадке. Я едва мог пошевельнуться. Аддер, впрочем, уже несколько минут как вышел из АДР – сидит себе, спокойный, даже расслабленный, как ни в чем не бывало. Девчонка была мертва. Ее рука так и осталась пристегнутой к телику.

Он помолчал, изучая свои руки. Он задумался на миг, пройдет ли когда-нибудь судорожная дрожь.

— Есть… какая-то бессознательная искра, волевое усилие, которое поддерживает в человеке жизнь, заставляет сердце биться и так далее. Она-то и вытянула меня оттуда, когда все остальное уже выгорело. И ею-то девчонка приложила его под конец. Наверное, этого хватило. Еще не успела завершиться широковещательная трансляция, а Мокс уже окочурился.

Он замолчал снова, потом развернулся к ней. Мэри смотрела на него большими и теперь совсем серьезными глазами.

— Что ты собираешься делать дальше? – спросил он.

Она отвела взгляд к запачканному окошку комнатенки. Снаружи долетали далекие неразборчивые звуки.

— Наверное, мне бы стоило вернуться, – ответила она. – К Анне Манфред. Присоединиться к тому, что осталось от Фронта Освобождения Среднего Запада. Мне в ЛА делать нечего. Я видела кое-что из показанного по ящику вчера ночью и наблюдала за реакцией крысоедов.

Еще несколько минут напряженной тишины.

— По пути сюда, – нарушил молчание Лиммит, – я столкнулся с Друа. Он говорит, Страстотерпица своих психов теперь в канализацию на прогулки водит. Тех, кто еще в состоянии ходить с ней. Друа и сам готовится спуститься в Зумпф, пойдет на север, за пределы зоны Посещения. Оттуда никто никогда на связь не вы- ходил.