Книга Мятежники Звёздного острова, страница 41 – Дмитрий Овсянников

Глухо кашлянув, Эрнандес начал медленно подниматься с сундука, на котором сидел. Дон Карлос жестом приказал ему сесть, капитан нехотя повиновался.

— Продолжайте, граф, – кивнул идальго.

— …О положении города и решимости его жителей оказать сопротивление королю, в том числе силой оружия.

— Ваши люди сказали правду. Что привело сеньора в лагерь мятежников? – Дон Карлос почувствовал, что высокопарная речь, изысканные манеры и весь облик этого сказочного рыцаря не действуют на него как должно, кажутся неестественными.

— Я не могу оставаться безразличным, когда рядом со мною происходят великие дела! – продолжал улыбаться граф. – Меня беспокоит, что многие бесстрашные люди обречены на гибель без хорошего войска и умелого военачальника!

Дон Карлос как будто невзначай поправил берет, перо качнулось в воздухе – его алый цвет означал пролитую на Материке кровь. Жест идальго не скрылся от глаз графа – тот понял, что увлекся и сказал лишнее.

— Впрочем, я рад, что ошибался в вас, сеньоры, – торопливо продолжил он. – И могу быть уверен в успехе вашего дела…

— Чего вам угодно? – пресек новую цветистую фразу дон Карлос. – Идет война, граф, со дня на день мы ожидаем битвы. Сожалею, но сейчас не время упражняться в красноречии.

— Я надеялся, что вольный город не откажется принять помощь графа де Агилара! Однако, если пополнение в виде тридцати всадников и стольких же пеших латников, вооруженных алебардами, а также провизия и часть моего состояния в пять сотен золотых покажется вам излишним… – Граф заломил бровь.

— Предложение мечей на войне не может быть излишним. Однако война – не рыцарский турнир, сударь. Никто не обещает нам славы и наград за победу и вряд ли дарует пощаду в случае поражения. Как военачальник города я обязан знать, что приводит людей под его знамена.

— Полагаю, сеньор, я не первый дворянин в этих стенах, желающий бросить вызов короне, – гордо произнес де Агилар. – Вы окажете уважение старой ране моего рода, боль которой поныне остается неотмщенной, приняв в свои ряды меня и мой отряд!

* * *

После захода солнца дон Карлос отыскал пустовавшую каморку, единственное окно которой выходило в сторону Торо Браво. Ему хотелось подумать о грядущей битве. Снаружи снова разбушевалась непогода – ветра скорой зимы изо всех сил нагоняли тучи, и холодные ночные ливни делали даль непроглядной. Идальго, как сумел, начертил острием ножа на доске гору-крепость, угольком обозначил отряды там, где их следовало бы расставить.

— Вы позволите мне войти, сеньор? – В дверях появилась женщина.

— Ни к чему запирать дверь перед тем, кто уже вошел, – не поднимая головы, отозвался дон Карлос.

Быстрым шагом она приблизилась, встав перед столом.

— Я хочу говорить с вами, господин командор, – сказала она.

— Я слушаю.

— Вы не сможете увести с собой на Торо Браво женщин и детей – гора не вместит всех. Я не раз поднималась на нее, проводила там дни и ночи! А оставаться здесь для них подобно смерти! – Женщина говорила решительно, в ее голосе звучал напор. – Вы так увлеклись мечами и пиками, что забыли о женах и детях своих солдат! Кто защитит их, когда вы уведете мужчин на битву?

— Я поведу мужчин на битву именно затем, чтобы защитить женщин и детей!

Требовательный тон незнакомки не понравился дону Карлосу. «Того и гляди, потребует оружие! – подумал он. – Нет, в моем войске такого точно не будет. Еще одну воительницу я не вытерплю». Идальго хорошо помнил тот бой с маврами, что приключился шесть или семь лет назад.