Книга Вне рангов и категорий, страница 49 – Василий Сахаров

Местные жители себя ждать не заставили. Вскоре со стороны Менска появилось шесть конников. Внешне люди как люди и лица европейские, молодые, не старше двадцати пяти лет и безбородые. А вот одежда немного странная, даже на условно древнерусскую не похожа. Все аборигены в штанах и однотонных темно-синих халатах, которые перетянуты широкими кожаными ремнями, из обуви сапоги, а головы прикрыты тюбетейками. Хотя нет. Это, скорее всего, тафья. А еще у каждого на боку шашка или сабля, и у них имелись защитные талисманы, кстати, судя по моему опыту, очень даже неплохие.

Завидев меня, всадники притормозили. Кони перестали рысить и перешли на шаг, а когда расстояние между нами сократилось до десяти метров, вперед вырвался один, гикнул, ударил коня стременами по бокам и сходу направил животное на меня. Наверное, он думал, что сможет конем сбить меня с ног. Вот только я подобного к себе отношения терпеть не стал. В последний момент уклонился и, слегка подпрыгнув, открытой ладонью приложил всадника в бок и выбил его из седла.

Наглец, пролетев несколько метров, упал на противоположную обочину и покатился в кусты, а его конь остановился и замер на месте. Остальные всадники в это время схватились за клинки и уже собирались напасть на меня толпой, когда один из них, судя по уверенному голосу, главный, выкрикнул:

— Стоять!

Всадники повиновались, а командир, покинув седло, перекинул поводья ближайшему товарищу, подошел ко мне и попытался просканировать. Естественно, у него ничего не вышло, и он, слегка кивнув мне, сказал:

— Здрав будь, человек прохожий.

Копируя его тон и поведение, я тоже кивнул:

— И тебе здоровья, человек мимоезжий.

— Ты кто? — спросил он.

— Сначала сам назовись, а потом спрашивай, — усмехнулся я.

Старший всадник, крепкий молодой мужчина с голубыми глазами, смерил меня долгим взглядом, поморщился и назвал себя:

— Я Алеко, третий сын главы рода Мещерских.

— А я Райнер Северин. Вольный человек, иду своим путем и вам вроде бы не мешал, пока твой боец не попытался меня конем стоптать.

Алеко покосился на пострадавшего парня, который как раз на карачках выбирался из кустов, и снова обратился ко мне:

— Он был не прав. Молодой и глупый.

— А раз так, тогда я заберу его лошадь.

Кто-то из всадников выкрикнул:

— Да что он себе позволяет! Княжич, разреши его проучить!

— Молчать! — не оборачиваясь, отрезал Алеко, который, как выяснилось, еще и княжич.

— Ну, княжич…

— Заткнись! — зыркнув назад, уже со злостью, повысив голос, рявкнул мой собеседник и, что удивительно, я заметил, как Алеко отвесил подчиненному ментальную пощечину, не очень сильную, но голова всадника резко качнулась и он едва удержался в седле.

Снова княжич посмотрел на меня:

— Ты в своем праве. Забирай коня.

Честно говоря, я удивился. Давно не встречал настолько уступчивого и адекватного аристократа. Ожидал чего угодно, но не того, что он сдаст назад. С чего бы вдруг? Неужели почуял, что я гораздо сильнее? Да, скорее всего, так и есть.

Молча, я направился к коню, сбросил на тракт седельную сумку и легко запрыгнул в седло. После чего развернул животное в сторону Алеко и кивнул ему:

— Благодарю. Ты справедливый человек.

Он качнул головой и спросил:

— А ты куда едешь, если не секрет?

— Пока еще не решил, — пожал я плечами.