Книга Танец теней, страница 341 – Гурав Моханти

I

Вахура проснулась еще до рассвета, но осталась сидеть за столом, где застал ее сон. Она все сидела, уставившись в окно, увитое лианой таро, наблюдая, как свет проникает между занавесками, не обращая внимания на тонкий влажный след слюны, оставшийся на книге. Мне нужно перестать отключаться за столом, если я рассчитываю остаться на ногах следующие десять лет. Впрочем, если она потерпит неудачу, то ни на какое десятилетие можно не рассчитывать. Вахуре очень хотелось, чтобы возмущенный голос в ее голове перестал ее изводить. Она ведь пыталась всех спасти, верно? Но как открыть коробку, у которой нет защелки?

Вахура снова уткнулась лицом в книгу, натягивая на плечи одеяло (без сомнения, оставленное Эллой), – перед сном она как раз читала о морфологии ракшасов. Вернее, пыталась читать, потому что ее мысли были далеко. Почему Бхагадатта даже не заговорил с ней? Утром ей пришла дурная мысль, что прежде, чем упасть в обморок, она пустила ветры, обнаружив, что он дышит, или что он нашел ее отталкивающе вульгарной, когда обнаружил, что она плачет рядом с его мертвым или не совсем мертвым телом – да еще и с голой грудью, и эта мысль была настолько ужасна, что она даже обожглась чаем. Были тысяча триста возможных способов, которыми Вахура могла свести на нет все шансы, но ни один из них не объяснял, почему он даже не удостоил ее аудиенции с той ночи. Казалось, будто… он боялся ее. Это она должна была бояться его, а не наоборот! Для того, кого не могла поцеловать смерть, ракшас оказался невероятно застенчивым.

Однако в одном она была уверена. Бхагадатт, похоже, проглотил свитки дэвов, чтобы присвоить их секреты! Разве можно иначе стать бессмертным? Он не был чирандживи – они могли быть убиты, и они не возвращались после смерти. Но раз так, в свитках наверняка было лекарство от Сосуда Календулы, и эта мысль заставила ее воспарить духом выше воздушного змея в шторм.

Возможно, существовал хитрый способ повлиять на него, выявить его желания, использовать какую-то лазейку, чтобы обойти то, почему он скрывал свитки дэвов. И если она не могла найти способ, то она могла найти того, кто мог это сделать… Но что на земле можно использовать, чтобы соблазнить бессмертного? Раз он сохранил ей жизнь после того, как она убила его, вряд ли он такой уж… злой. Возможно, ему можно было доверить правду. Или, может быть, он оставил ее в живых, потому что думал, что никто не поверит бредням глупой двадцатилетней старой девы, отвергнутой всеми поклонниками в ее уделе.

Пока она пыталась заставить разум подобрать ключ к загадке, замок на двери дома щелкнул, открываясь, и послышались скрежет и глухой удар. Она вскочила и обнаружила, что на полу перед нею лежит… рыцарь. Ведро, поставленное над дверью, чтобы облить любого злоумышленника, теперь болталось на веревке. Сперва Вахура, увидев кольчужные доспехи, испугалась, что ее все же выследил Железный Орден. Однако, когда рыцарь забормотал проклятия в адрес кого-то по имени Шишупал, Вахура увидела, что это был тот же рыцарь, которого она видела в слоновнике у Бхагадатта.

— Хлеб Твастра! Что ты делаешь в моей комнате? Мой брат скоро вернется из лавки, так что чем скорее ты уйдешь, тем лучше!

— Это невероятно, но я, кажется, начинаю уставать от прекрасного пола, – пробормотал он, вставая и вытирая воду с лица, а затем, глянув на висящее над дверью ведро, нахмурился. – Ваша няня велела мне войти. Хотя, наверное, ей, судя по всему, не понравилось, что ее называли няней.