Книга Танец теней, страница 34 – Гурав Моханти

Имя Димвака тут же рассеяло паутину, опутавшую сознание. Если легенды об участии Димвака в Войнах Ямуны были правдой, поджечь дом он точно мог. А Дантавакре слишком уж нравилась обстановка его жилища, чтоб проверять так ли это. Так что он принес извинения своим друзьям, осыпал комплиментами равнодушную кузину, а затем, пошатываясь и спотыкаясь, наконец вышел из таверны. Но очевидно, что Богиня Хорошего Времяпрепровождения, если таковая существовала, не позволила своему любимому жрецу уйти.

— Ладно-ладно, богиня, – невнятно пробормотал он, пытаясь стряхнуть с себя тело, мертвым грузом лежащее у него на спине. – Я останусь, только убери его с моей спины!

Но ему никто не ответил. Тем более что там никого не было. Было еще слишком поздно, чтобы по улице ходили праздные гуляки, и слишком рано, чтобы из таверны выставляли посетителей. Внутренний голос напомнил, что если его сейчас застанут валяющимся в грязи, с каким-то человеком сверху, то его репутация пострадает тысячу и один раз. Но как раз в тот момент, когда Дантавакра уже потерял всяческую надежду, неизвестный скатился с него.

— Благодарю тебя, богиня. – Он уже повернулся, чтобы прочитать пьянчуге нотацию о том, что надо поберечь печень, но внезапно разглядел, во что тот одет.

Невзрачная коричневая туника свободного покроя, стянутая на талии тонкой кожаной веревкой в сочетании с джутовыми сандалиями. Вокруг головы свободно обернут тюрбан, сшитый из того же коричневого хлопка. Единственным знаком того, что ему вообще было позволено войти в таверну, была отметина в виде копья на шее, но, по сути, он выглядел как самый низкий из рештов. Как ему вообще разрешили войти в «Тюльпаны»? Серьезно, этралы, похоже, правы. Привилегией свободного входа в таверну злоупотребляли слишком уж многие.

Незнакомец меж тем начал вставать и одной рукой вцепился в одеяние Дантавакры, другой – ему в горло.

— Эй, ты что собираешься делать? – возмутился Дантавакра.

В ответ этот мужлан лишь захрипел. Долгое обучение наконец взяло верх, и зрение Дантавакры прояснилось, так что он встряхнул мужчину за плечи.

— Полегче, добрый господин, полегче. Слишком мало съел и слишком много выпил, а? – Дантавакра оттянул пальцем ворот незнакомцу, чтоб тому было легче дышать. – Рога Ямы, – только и смог выдохнуть он. Горло мужчины распухло настолько, словно внутри застряла целая гуава. Призвав про себя Дхьяну или что-нибудь, что было ближе, он попытался прогнать опьянение. Встал позади мужчины, обхватил его руками за талию, чуть повыше пупка, и резко надавил. Почувствовал под пальцами грудину и ребра и надавил снова. Это не сработало. Мужчина бился в его цепкой хватке – и звуки, которые он издавал, мгновенно прогоняли всякое опьянение. Выглянувшая наружу из таверны пара увидела эту сцену, захихикала и метнулась обратно внутрь, прежде чем Дантавакра успел позвать на помощь.

Твою мать! Схватив незнакомца за руку, он распахнул дверь «Тюльпанов» и призывно, по-командирски, свистнул. Офицеры и солдаты, которые пока что не были готовы броситься в объятия пола, вытянулись по стойке «смирно». Обнаружив источник свиста, они бросились на помощь Дантавакре, буквально отшвырнув в сторону давешнюю хихикающую парочку.

— Он задыхается, но, кажется, едой не подавился, нужно – да не дергайся ты! – очистить стол, а ты – придержи его за ноги. – Незнакомец отбивался так, словно это Дантавакра был причиной всех его несчастий. Дантавакра вновь толкнул его кулаком в грудь, надеясь, что это поможет, но все, чего добился, так это чтоб щеки решта начали синеть и он закатил глаза.