Книга Танец теней, страница 178 – Гурав Моханти

II

В глубине Имперского замка медленно таяли стрелки солнечных часов, сигнализируя о заходе солнца. Расположенный внутри замка Дворец Творения был до краев заполнен людьми, ожидавшими визит Вишвакармана Девятого, печально известного архитектора Арьяврата, спроектировавшего Вирангават, Трех сестер Матхуры и маяк в Голабай Сассан.

Меж задернутыми шторами просачивался благоухающий розами ветерок, но от жары это мало спасало. Повсюду бились веера из перьев, так что казалось, что в зале распахнули клетку, разом выпустив из нее сотни экзотических птиц. Маржана стояла рядом с остальными этральскими жрицами, скрыв лицо под капюшоном. Напротив выстроились остальные этралы.

Ты почти все выполнила, напомнила себе Маржана. Карна и Дурьодхана ни разу не заподозрили Маржану. Пусть она и не знала, как Заклинатель Чернил мог воздействовать на Рунаана, но тот прекрасно исполнил свою роль. Не будь на нем куртки в цветочек – той самой, в которую, по словам Заклинателя Чернил, будет одет его человек в Раджгрихе, – и Маржана бы попросту ему поверила. И пусть Заклинатель Чернил заверил ее, что Рунаан найдет способ завести их в замок, Маржана на всякий случай все же решила привлечь на свою сторону ту юную жрицу. И это сыграло свою роль. Девадаси с презрением смотрели на уличных артистов, и пусть никто сейчас и не знал, кто она, Маржана предпочла играть роль жрицы Этрала, а не притворяться бродячей артисткой.

Но когда она поняла, что скоро все закочится, она осознала, что дрожит, как бабочка перед надвигающимся дождем. Он ведь ей не безразличен. Скажи ему, Маржана. Просто скажи ему. Пока еще не поздно. Но все же, вспомнив слова Заклинателя Чернил, вспомнив будущее Дамайи, палец Дхануша и лицо матери, она успокоила свое сердце, ноющее так, словно его пожирало раздуваемое ветром пламя. Он был его братом. Он не причинит ему вреда.

Но стоило лишь трубам возвестить о появлении Вишвакармана, как мучающие Маржану мысли тут же пропали. Знаменитый балханский архитектор, Первый Камень Братства Латуни, быстрыми шагами вошел в зал в сопровождении главы этралов, Нарага Джестала. Худощавый Вишвакарман, чья борода и шевелюра были того же каштанового цвета, что и глаза, носил тюрбан из золотой ткани, украшенный ослепительно сверкающим эгретом. Одежда гостя сияла как солнце, резко контрастируя с одеяниями Нарага Джестала, что напоминали о новой луне.

— Ваше величество, – сказал Вишвакарман, отвешивая императору низкий поклон. Одна нога ушла назад, а сам он так изогнулся, что тюрбан оказался почти на уровне колен императора. Это казалось не столько поклоном, сколько танцем. – Для меня огромная честь быть снова принятым при вашем дворе.

— Это честь для меня, Первый Камень, что ты решил пропустить Конклав ради Империи. – Тяжелый баритон Джарасандха звучал властно и в то же время мягко до фамильярности. Император совершенно разочаровал Маржану. Телом он еще напоминал некогда несравненного Завоевателя, гиганта среди царей, сильнейшего быка на поле боя, но скрытое за бородой лицо, затерявшееся в прошлом, рассказывало о человеке, вынужденном сидеть на троне против своей воли. У скромных торговцев в Маленгаре аура была ярче, чем у императора Магадха.

— Должен признаться, ваше величество, выбор был не особо труден. Комары и пиявки весьма отвращают, – сказал Вишвакарман под взрыв хохота придворных.