Книга Танец теней, страница 123 – Гурав Моханти

— Только то, что я прочитала.

— Слава Духам, – сказал Тошад, и глаза его заблестели.

— Кажется, я что-то упускаю, – сказала Вахура.

Собравшиеся обменялись короткими взглядами, и лишь затем Асшай заговорила:

— Наш шестой участник проклят твоим недугом, но его случай был еще хуже. Он впитывал в себя все, что видел, и это навсегда запечатлевалось в его памяти. Можешь ли ты представить, сколько ужасающе бесполезной информации нам приходилось собирать и просеивать перед каждым ограблением – ведь все оставалось в его голове, и он не мог… выбрать, что важнее. День, когда он встретил свою любовь, был таким же важным или бесполезным, как и встреча местного палача с целителем. Благодаря ему мы осознали ценность тайн, важность неизвестного, красоту забытого.

— Да, – сказал Айлмар. – Это бремя убило его.

— Ох… мне очень жаль. – Вахура вздрогнула, представив, что это может ждать и ее.

— Не волнуйся, – вздохнула Асшай, жестом приглашая ее вернуться к столу. – Он был совершеннейшим психом, – сказала она, внезапно повернувшись к остальным. – Мы все это знаем. Он не мог избавиться от своих демонов. И это не так уж и плохо. – Она пожала плечами. – Такова жизнь.

— Что ж, царевна Вахура, – сказал Айлмар, – может, тогда объяснишь, зачем ты приложила столько усилий, чтобы разыскать нас?

Вахура, как раз массировавшая себе живот, замерла, сжимая и разжимая пальцы, и наконец так и застыла со сжатым кулаком:

— Ну, вы уже слышали, что я узнала о вас, прочитав про то, как вы упомянули о свитках дэвов. – Она посмотрела на «Клику Розы». – Я ищу те самые свитки дэвов.

Они замерли, молча глядя на нее, а затем Тошад попытался ей что-то ответить и расхохотался.

— Почему ты смеешься? – спросила Вахура: его смех лишил ее последней надежды.

— О, на это есть масса причин. Мы просто не знаем, какая именно важнее. А сейчас почему бы тебе не подождать снаружи, пока мы решаем, убивать тебя или нет?

II

В те минуты, что она провела у двери, ожидая решения «Клики», ей казалось, что голова ее готова лопнуть от переизбытка мыслей. Что, если они убьют ее? Но сейчас, когда она была снаружи – и притом одна, – она могла бежать. И что потом? Разве это каким-то магическим образом заставит свиток дэвов оказаться у нее в руках? Или избавит от Сосуда Календулы? Нет, ей нужно было сохранять спокойствие. Но что делать, если «Клика Розы» откажет? Умолять их? Торговаться? Шантажировать? Она была принцессой Балха – может, стоило им поугрожать? Сказать, что, если она не вернется со свитками дэвов до полнолуния, когорты балханских солдат уничтожат их? Раскусят ли они ее ложь? Или, может, они уже знают, что она приехала одна, в сопровождении всего лишь старой гувернантки? Ее глаза забегали по комнате. А если свитки дэвов здесь? Может, стоит начать свои поиски сейчас, пока «Розы» обдумывают ее судьбу?

Вскоре разобраться в хаосе, царившем в ее голове, не помогла бы даже карта. И в этом лабиринте мыслей последствия любого из ее поступков заливали ее израненное сердце ледяной водой. Она строила все новые и новые планы, но достоинства каждого из них растворялись, стоило лишь ей увидеть, что в каждой из идей есть свои недостатки. От тревоги сердце билось все сильнее, грозя остановиться в любой миг.

Хватит! Вахура ущипнула себя под мышкой, пытаясь положить конец самокопаниям, понимая, что иначе она утратит всякую ясность мыслей. Измученная, но наконец-то способная почувствовать, как приятна царящая в пещере тишина, она помассировала виски. Сейчас ей больше всего хотелось, чтобы «Клика Розы» не просто выставила ее наружу, а спросила бы о чем-нибудь, да о чем угодно!