Книга Тирания веры, страница 36 – Ричард Суон

Вонвальт вернулся поздно вечером. Почти весь день он встречался с сенаторами-хаугенатами, собирал союзников и готовил их к грядущим волнениям. Он пришел ко мне в библиотеку и вызвал туда Дубайна и сэра Радомира. Брессинджеру он вручил сверток, в котором оказалась мазь для его обрубка.

— Мажь, как только он начнет тебя беспокоить, – сказал Вонвальт. Он выглядел уставшим.

— Благодарю вас, сир, – ответил Брессинджер, явно тронутый этим жестом.

Вонвальт велел нам сесть, и мы повиновались. Он достал свою трубку и раскурил ее.

— Завтра мы отправимся в Великую Ложу. Сразу предупреждаю, что нам предстоит совершить омерзительное дело. Орден всегда держался выше подобного интриганства. Но Реси была права. Как же она была права. – Сэр Конрад помолчал. – Орден, хочет он того или нет, не способен оставаться вне политики, и для того, чтобы спасти Империю, чтобы спасти верховенство закона, мы должны устранить… непокорных.

— Как будем действовать? – спросил Брессинджер.

Вонвальт сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул.

— Император предоставит нам отряд имперских гвардейцев. У них будет две задачи: оберегать нас и брать под стражу Правосудий-изменников. – Последние два слова он произнес с отвращением.

— Разве Правосудия не смогут просто рявкнуть на них Голосом Императора? – спросил сэр Радомир. – Заставить гвардейцев бросить оружие или еще что похуже? Перед тем как их задержат, – прибавил он.

Сэр Конрад покачал головой.

— Имперские гвардейцы оберегают самого Императора. Они так же невосприимчивы к Голосу, как и любой Правосудие. Это входит в их подготовку. Поэтому мы пойдем с ними, а не с обыкновенными городскими стражниками.

— Разве у вас нет друзей в Ордене? Тех, к кому можно обратиться за помощью в этом деле? – спросила я.

Я видела, что мой вопрос не понравился Вонвальту.

— Даже если они у меня и есть, исполнив приказ, я гарантированно их потеряю. Настало время ожесточить наши сердца. Правосудиям нужен не друг, а магистр.

Какое-то время мы вчетвером сидели молча.

— Нема, – наконец выругался сэр Радомир. – Я не ожидал подобного. Не думал, что нам придется пойти на… такое. Мне приходилось устраивать облавы – на незаконные винокурни, на склады, на бордели. Но не на целое имперское Сословие. – Он инстинктивно потянулся за выпивкой, которой поблизости не оказалось. – Даже для моей закалки это, пожалуй, чересчур.

— О, это лишь начало, – мрачно изрек сэр Конрад. – Санация Ордена – самая простая задача из тех, что стоят перед нами.

После такого пророческого заявления Вонвальт, к нашему общему удивлению, всех отпустил. Провести вечер в нашей компании он не желал. Император велел ему свергнуть своего учителя и наставника, а также посадить под стражу многих товарищей. Сэру Конраду хотелось предаться размышлениям, а не отвечать на наши вопросы.

Когда Брессинджер и сэр Радомир ушли, я задержалась на пороге.

— Сэр Конрад? – окликнула я его.

Уже погрузившийся в раздумья, он резко поднял голову. Затем неискренне улыбнулся мне.

— Хелена.

— С вами… все хорошо? – спросила я, имея в виду его душевное состояние, о котором мы почти никогда не говорили. Однако он решил, что я справляюсь о его утреннем походе к Императорской Врачевательнице.

— О, мне снова нужно пить зелья, – сказал он, пренебрежительно отмахнувшись. – Врачевательница осталась в таком же замешательстве, как и все остальные лекари. Не тревожься, Хелена. Все пройдет.