Книга Испытание империи, страница 9 – Ричард Суон

— Довольно, – точно усталый учитель, проворчал Вонвальт, едущий во главе нашей колонны.

— Я могу говорить за себя, – сказала я, на что Вонвальт лишь пожал плечами.

— Ага, – согласился сэр Радомир. – Это ты умеешь.

— Нет ничего противозаконного в том, что мы сделали. Эти люди собирались арестовать нас.

— Хех! – воскликнул сэр Радомир, ткнув мне пальцем перед носом. – Но эти-то люди действовали в рамках закона. Император назначил за голову сэра Конрада законную награду.

— Это была самозащита, – ровным голосом проговорила фон Остерлен.

— В самом деле? А может, пятерых бедолаг зарезали за то, что они пытались обеспечить соблюдение общего права? Конечно, нам-то оно больше ни к чему.

Я почувствовала, как меня захлестывает волна негодования.

— К чему этот разговор? Чего вы добиваетесь? – Я всплеснула руками. – Или что, нам следовало сдаться, чтобы нас доставили в Сову и публично казнили, в то время как Клавер собирается напасть? Кровь богов, если вам просто хочется поспорить, лучше держите свои мысли при себе. Видит Нема, нам и без того хватает трудностей.

Сэр Радомир помолчал, потом криво и неискренне улыбнулся.

— Просто хотел поупражняться в юридическом диспуте. Думал, вам это нравится.

— Хватит, сэр Радомир, – устало повторил Вонвальт.

Некоторое время мы ехали молча. Как это часто бывало в те дни, я невольно стала думать о Дубайне. Вонвальт и фон Остерлен были немногословны, сэр Радомир – просто сварливым дурнем, и я как никогда тосковала по Брессинджеру с его непринужденным нравом. Да, он был ворчливым и замкнутым, но также нередко создавал контраст настроениям окружающих. Когда Вонвальт хранил молчание, Дубайн пел, а если Вонвальт бывал мрачен – Дубайн болтал без умолку. Будь он в эти минуты с нами, то упражнялся бы в каламбурах на разных языках – излюбленное его занятие, – или затеял бы игру в слова с сэром Радомиром, или пытался бы вызвать улыбку на устах фон Остерлен. И непременно добился бы своего. Брессинджер мог быть – и был – неукротимым.

Я улыбнулась своим любимым воспоминаниям о нем и прикусила губу, стараясь не расплакаться. Мне так его не хватало.

Так, в молчании, прошло примерно полчаса. Я мысленно вернулась к прошлой ночи и залу, где мы спали. Вопрос завертелся на кончике языка, но я была еще слишком взбудоражена, чтобы озвучить его.

— Они вернутся? – спросила я наконец и почувствовала, как напряглись сэр Радомир и фон Остерлен. – Эти… существа?

Я старалась не думать о них. Это были жуткие твари вроде тех, что мы с сэром Радомиром видели в Кераке.

Твари, что словно преследовали нас.

— Скорее уже демоны, – пробормотал сэр Радомир.

— Да, – тихо согласилась фон Остерлен.

Вонвальт мельком оглянулся. Лицо у него выглядело усталым и землистым.

— Нет. Во всяком случае, не туда.

Я вспомнила руну, которую он начертал на дверном косяке, и как визжали другие существа, наткнувшись на нее, – словно их обдало кипящей смолой.

— Но… в этих краях что-то происходит. Я это чувствую. Ткань между мирами тонка и становится все тоньше. И пока это так, боюсь, мы будем и впредь сталкиваться с этими… «существами».

— Ну да ладно, – проговорил сэр Радомир. Ему явно хотелось переменить тему. – А что насчет Шестнадцатого легиона? Каждый отсюда и до Совы уверен, что легион уничтожен. Как так вышло, что они обосновались в Моргарде?