Книга Испытание империи, страница 103 – Ричард Суон

— Переворот, – сквозь зубы процедил Вонвальт. – Руками Клавера и его союзников внутри города.

Неужели это возможно? Клавер мог войти в Сову, не встретив сопротивления, как того опасался Вонвальт? Его опасения всегда казались несколько преувеличенными. В конце концов, лишь немногие в столице – да и во всей Империи – извлекали выгоду от восшествия Клавера на трон. Почему же на улицах не было беспорядков? Да, были солдаты имперской гвардии, но даже они не могли перебить всех. Наши усилия оказались бы напрасными, если бы Сова перешла в руки врага до прихода наших сил.

— Да, переворот. Но преждевременный. Это послание Императорскому Стражу – и мне было бы крайне любопытно узнать, каким образом оно было доставлено, – вызвало немалую панику. И в некоторых кругах эта паника… подогревалась. То, что должно было стать свершившимся фактом, едва не оказалось задушено в зародыше. – В его тоне было нечто странное, чего я пока не могла уловить. Янсен откинулся на спинку стула и продолжал: – Млианары и саварцы захватили примерно треть города, значительную часть к западу от главного канала Саубера. При содействии Милены Бартош мы убедили половину имперской гвардии примкнуть к нам.

Я уже слышала это имя, когда мы с Брессинджером наблюдали за дебатами в Сенате. Бартош была префектом Легионов, возглавляя сованские Легионы и имперскую гвардию в мире политики. Она была известна своей приверженностью млианарам.

Янсен подвинул к Вонвальту листок бумаги. Вонвальт взял его так, чтобы и я могла прочесть написанное. Сенатор между тем продолжал говорить, словно ничего не произошло.

Я по-прежнему с вами. Объясню, когда будет возможность. Я убежден, что нас подслушивают. У вас все еще много союзников в столице.

Далее был указан адрес, который нам следовало запомнить. Вонвальт вернул записку Янсену. Сенатор многозначительно взглянул на него, после чего поднес листок к пламени свечи и бросил на пол.

Вонвальт не растерялся.

— Не ожидал, что вы отметите себя белой звездой. Я-то всегда полагал, что вы окажетесь по правильную сторону истории.

Янсен иронически хмыкнул.

— Вы еще не поняли, сэр Конрад? Я намерен быть по правильную сторону истории, потому что пишет ее Клавер.

— Бесхребетный ублюдок, – со злостью процедил Вонвальт.

Сенатор фыркнул.

— Бесхребетный ублюдок не достиг бы того, чего достиг я, – и выжил. – На краткий миг маска сползла с его лица, он поморщился от мимолетных воспоминаний. Мне стало любопытно, на что он пошел, чтобы сидеть сейчас здесь, в этом кабинете. – Но не стоит беспокоиться. Через несколько дней мы соберем достаточно сил, чтобы взять штурмом Императорский дворец. Уверен, у вас остались прекрасные воспоминания об этом месте.

— Император жив? – спросил Вонвальт.

— О да, – ответил Янсен, неотрывно глядя Вонвальту в глаза. – Думаю, всем нам хотелось бы вскрыть ему череп и разузнать его мысли, – он многозначительно вскинул брови. – Прежде всего, мне интересно, как он рассчитывает выйти из этого положения.

Еще раз многозначительно взглянув на нас, Янсен шагнул к дальней стене. Он продолжал разглагольствовать о восстании, словно и не вставал из-за стола, и нажал на секцию деревянной обшивки. Часть стены сместилась, открывая проход к потайной лестнице. Сенатор жестом велел нам с Вонвальтом уходить по ней, но перед этим сунул Вонвальту кинжал.