Книга Уходя, закройте двери, страница 87 – Екатерина Соболь

— Представляете, – сказал Павел Сергеевич голосом человека, который с нашей последней встречи успел немного сойти с ума. – Я пытался утопиться. Положил в карманы пиджака гантели. Но они вывалились, когда я упал в Неву, и я выплыл. Снотворное мне не продали в аптеке. Я планировал прыгнуть с крыши, но под домом начали делать ремонт дороги, ужасно шумели, и мне пришлось уйти домой. Не думал, что наши городские службы еще хоть что-то ремонтируют!

— А топились вы, судя по виду костюма, в нем же, – медленно произнес Антон.

— Вы так эффектно зашли! – Вадик брякнулся на свой стул. – Я даже забыл, о чем мы болтали.

— Короче, мы вовремя тебе позвонили, Паш, – сказала Белла. – Денек у тебя так себе.

— Не пытался покончить с собой аж с тех пор, как появились двери, – выдохнул Павел Сергеевич. – Это сложнее, чем я думал.

Для тех, кому нравятся уже немного седые мужчины, он был вполне ничего – и в ошарашенном, потрепанном виде, как ни странно, смотрелся даже лучше, не таким прилизанным и унылым. А потом я поняла, о чем он говорит, – и навострила уши.

— Погодите. Вы… Стоп. Вы, случайно, не помните, как открылась первая дверь?

— Сам день открытия – нет, – произнес он, глядя в одну точку. – Но у меня были трудные времена, это помню.

Белла встала, тяжело опираясь на стол. Дотянулась до чистой чашки и налила в нее чаю. Вадик тут же плеснул в нее коньяка, подвинул чашку Павлу Сергеевичу, а бутылку протянул Антону.

— Я за рулем, – огрызнулся Антон, который явно не простил глупых шуток про его неземную любовь ко мне. – Ты вроде бы тоже?

— Ты всех нас подвезешь, – добродушно сказал Вадик. – Белла остается, так что мы влезем в твою машину. Трюкачка, хочешь – садись ко мне на колени.

— Буду ждать вас дома, – серьезно сказала Белла и показала на свой гипс, словно без этого никто бы не понял, почему она остается. – Приготовлю что-нибудь, чтобы не волноваться. Или лучше почитать…

— Насколько трудные у вас были времена? – спросила я, повернувшись к Павлу Сергеевичу.

Тот залпом выпил чай и туманно посмотрел на меня. Он всегда казался мне каким-то сломленным, но хотя бы не подлецом или грубияном. Дома мне так не хватало добрых взрослых, что для симпатии хватало и этого.

— От меня ушла жена. На работе не ладилось. Жить не хотелось.

— А интернет у вас в то время был?

— Да, как у всех. Но с появлением дверей все перестало работать: интернет, мобильные телефоны. Я расстроился, но потом как-то… удивительно быстро забыл про то, зачем они вообще нужны. Мне стало так спокойно. Пятнадцать лет почти не хотелось себя убить!

И тут я еще кое-что поняла:

— Поэтому вы согласились на должность главы Стражи. Гудвин избавился от предшественников, вы решили, он и вас убьет.

— Думал, хоть где-то принесу пользу своим депрессивным характером, – бледно усмехнулся он.

— А ты помнишь, как все это началось? – Я повернулась к Вадику. – Как открылась первая дверь?

— Нет, ты чего. Все даже с трудом вспоминают, что было до. Помню, что отец давал мне пинка, когда напьется, но все это какое-то… смутное. Павел Сергеевич хоть что-то помнит про мир без дверей, но таких, как он, мало.

В моей голове забрезжила идея. Огромная, непрошеная, но было в ней что-то… Точное. Отец вчера сказал, что перед тем, как для него открылась дверь, он чувствовал себя несчастным. Про Вадика Антон говорил, что его родители были алкоголиками – тоже веселого мало. Вдруг это всех тут и объединяет?