Книга Осторожно, двери открываются, страница 25 – Екатерина Соболь

Алые стены, старинные люстры, потолок расписан листьями. Бывший вокзал оказался как шкатулка с сокровищами. В углу располагалась старинная буфетная стойка: наверное, раньше тут перекусывали пассажиры в шляпах-котелках и их дамы в длинных платьях. Сейчас резные деревянные полки за буфетом пустовали. Зато у стены, оскорбляя пространство своим унылым видом, примостился аппарат по продаже чипсов и шоколадок.

— У меня только полторы тысячи. Вряд ли он дает сдачу… – пробормотала я, решив взять от ситуации все.

Я с виноватым видом показала на свои карманы, намекая, что мне остается только надеяться на щедрость новых знакомых. Антон издал тихое «Гр-р-р», но все же вытащил карточку и, не спрашивая, чего бы мне хотелось, купил сок и шоколадный батончик.

— Мне надо сдать артефакт, – сказал Антон и ушел, по-прежнему не снимая пуховика.

Я села на деревянный диванчик, который мог бы служить троном какому-нибудь князю. На одной из лекций Виктория Сергеевна сказала, что красота – это обещание счастья. И сейчас у меня сильнее забилось сердце, словно я влюбилась, хоть я и не особо знаю, как ощущается любовь. Наверное, когда-то здесь толпились сотни пассажиров, а сейчас, хоть на несколько минут, это великолепие принадлежало только мне. Я сжимала шоколадку и сок в руке, тихо разглядывая узоры из кувшинок, картины об истории железных дорог, зеркала в изогнутых рамах. Круглые старинные часы показывали половину десятого утра. Над часами нежно склонилась женская голова, вырезанная из дерева. У нее было безмятежное лицо, будто она никогда и никуда не спешит.

Руки так и чесались достать телефон и почитать что-нибудь об этом здании. Ладно, город у них сейчас закрытый, но вокзал точно построили давным-давно, про него наверняка миллион статей. А еще хотелось все сфотографировать. Раньше любой особый момент так легко было сохранить, просто вытащив вовремя телефон! С другой стороны, отсутствие такой возможности делало все чувства удивительно острыми. Когда вернусь домой, этот зал останется только в моей памяти. Было в этой мысли что-то особенное.

Я уж думала, Антон не вернется, но он прискакал назад довольно быстро. Подозревал, что в его отсутствие я украду канделябры и напольную плитку? Я тут же воткнула трубочку в пакетик с соком, внезапно застеснявшись того, что сидела тут и романтически вздыхала, вместо того чтобы наконец-то поесть.

— И еще раз ловко сработано, – сказал Антон, усаживаясь на соседний деревянный диван.

На моем было достаточно места, но он словно хотел подчеркнуть, что и близко ко мне не подойдет.

— Что, открытие сока? – спросила я, не выпуская трубочку изо рта.

— Притворство. Ни слову твоему не верю. Да, я видел, у тебя есть дар, но в остальном… Как удобно, что ты потеряла сумку с паспортом! Думаю, тебе по какой-то причине нужно было скрыться. Может, ты кого-то убила. Вид у тебя…

— Какой это у меня вид?!

— Бандитский.

Я подавилась соком.

— В то, что ты за одну секунду перенеслась сюда из Кировской области, я уж точно не верю, – резко продолжал Антон. – Думаю, ты из Питера, просто скрывала, что у тебя есть способность трюкача, а тут понадобилось где-нибудь пересидеть. Конечно, ты знала про двери, просто ваньку валяешь.

Не буду показывать, что он меня задел, – люди не могут на тебя давить, когда ты холодный и бесстрастный, как статуя. Поэтому я просто сделала равнодушный вид и всосала остатки сока. С одной стороны – каков хам! Но с другой… Надо признать, теория стройная, уж точно лучше, чем магическое перемещение на тысячу километров. Его послушать – сама бы поверила.