Книга Двери больше не нужны, страница 136 – Екатерина Соболь

— Зато какой общепит! – со вкусом сказал Вадик и обвел кофейню широким жестом. – Настоящий кофе в любое время. Где ты видел такой шик?

Устроившись за столиком, мы обсуждали все подряд. Будущий день открытых дверей в университете, куда Антон собрался поступать на филолога. Вредную покупательницу, которую Ева утихомирила скидкой. Онлайн-игру, на которую подсел Вадик. На рабочей неделе мы теперь редко собирались все вместе. Ева жила у Беллы, которая не разрешала им съехаться с Вадиком, пока они не повстречаются хотя бы год. Вадик снял комнату в другой коммуналке, поприличнее. Белла часто оставалась у Павла Сергеевича, который теперь жил на два города, а я жила с Антоном у его матери, пока мы копили деньги на съем своей квартиры. В общем, жизнь нашей большой семьи била ключом.

— Я сказал маме, что лучше буду таксистом подрабатывать, – сказал Антон. – Но она запретила мне приближаться к машинам. Да я взрослый человек!

— Я тоже не хочу, чтобы ты водил, – сказала я, грея руки о кружку.

— Вечно вы с ней вступаете в коалицию против меня.

— Это коалиция за тебя, балда.

— Да как вы не понимаете: я буду водить аккуратно, как бабка, перевозящая рассаду! У меня есть уникальные воспоминания, каково умирать в расплющенной машине, и если вы думаете, что я хочу их повторить…

Но пока что вместо шикарной карьеры таксиста Антону приходилось довольствоваться работой администратора в продюсерском центре отца. Они там пересекались каждый день, и Антону это действовало на нервы – отношения с отцом он пока не наладил, но подвижки были. Куда хуже были отношения Антона с адреналиновой зависимостью – он так привык к безумной гонке, что загибался на должности, где никто не грозил его убить и ничто не разрушало стены и пол. Мы работали над этим.

Согласно девизу своей передачи «Поймем и поможем!», Журавлев не подвел. Мне он тоже нашел работу – менеджером соцсетей в фирме его знакомых, продававших технику. Круг замкнулся, я снова предлагала людям скидки на зубные щетки, но было весело. И главное: у нас был огромный офис с лепниной на потолке. Там легко было поверить, что однажды и у меня получится создавать прекрасные пространства, где людям будет хорошо. Университет, куда я летом собралась поступать, тоже занимал великолепное здание с колоннами, и располагалось оно в пяти минутах от Витебского вокзала. «Ты настоящий архитектор», – сказал мне когда-то Юсуф, увидев созданную мной копию города, и я решила поверить ему еще раз.

Для счастья мне нужно совсем немного. Красивые улицы, интересная работа – и Антон, который по вечерам читает толстые учебники для поступления, но откладывает их, когда видит меня.

— …К Белле в чат еще несколько человек вступили. Как она их находит вообще? – сказал Вадик. – Прикиньте, Ванька Ландау – а он жутко нудный! – в этом мире стендап-комик. До сих пор в себя прийти не могу.

Белла создала онлайн-сообщество для тех, кто «осознал свою двойственность и хочет поговорить об этом». Там люди искали своих знакомых из другого мира, не боясь, что окружающие покрутят пальцем у виска.

А у меня была своя задача. Я нашла всех, кого Дровосек указал в списке – и, конечно, его самого. Выяснилось вот что: если ты даже в мире, который дает всем немного удачи и счастья авансом, пошел по кривой дорожке, в реальности ты едешь по ней со скоростью гоночной машины. Несколько клановцев либо сидели, либо недавно вышли. Парочка ответили мне по телефону, узнали мой голос и бросили трубку – весьма вероятно, они делали криминальную карьеру и пришли в ужас, что я пытаюсь достать их и здесь. Я решила их больше не беспокоить. А вот с Дровосеком Кириллом мы иногда переписывались: в те дни, когда ему разрешено использовать телефон. Он отбывал срок в колонии за вооруженное ограбление. Мы с Антоном разок съездили к нему. Дровосек сказал, что кровь из носу выйдет через год за примерное поведение и наваляет Антону в память о старых добрых временах. Это обещание Антона взбодрило. Он сказал, что будет ждать с нетерпением.