Книга Слепящий нож, страница 56 – Брент Уикс

Однако работа со взрывчаткой, которую ты намеренно сделал нестабильной, требовала большого напряжения. Порой заряды взрывались, едва прикоснувшись к рифу; другие не взрывались на протяжении нескольких минут или не взрывались вообще.

Каррис следила за тем, чтобы лодка не перевернулась, иногда подгребая, иногда отталкиваясь веслом.

На этот раз взрыв произошел еще до того, как Гэвин успел вытащить укладочный жгут. Жгут вырвало у него из рук, и море под днищем их лодки подпрыгнуло. Гэвин был готов встретить волну, но взлетевшая в воздух трубка заставила его потерять равновесие. Он попятился, натолкнулся на борт… В обычном случае не было бы ничего страшного в том, чтобы упасть в воду, но сейчас там было полно бритвенно-острых обломков коралла, вспенивавших поверхность после взрыва.

Каррис схватила Гэвина за пояс как раз в тот момент, когда его нога уже макнулась в воду, и дернула всем весом. Его резко швырнуло обратно в лодку, он рухнул на днище и покатился, сбив ее с ног. Он поспешил откатиться обратно, чтобы не перевернуть их маленькое суденышко, и в результате оказался лежащим поверх Каррис.

— Мы поймали друг друга! – рассмеялся он.

Ее взгляд был настолько пронзительным, что Гэвину показалось, будто его сердце сейчас остановится.

— Слезь. Сейчас же, – прошипела она.

Ее тело закаменело. Должно быть, он неправильно понял тот мимолетный взгляд… на долю секунды он мог бы покляться, что…

— Прости, – сказал Гэвин, поспешно вставая. – Нет, правда, ты удачно меня поймала.

Ему показалось или ее тело действительно сохраняло контакт на мгновение дольше, чем было нужно? Разве оно не приподнялось вместе с ним, словно не желая расставаться?

Он посмотрел на нее. Солнце пекло немилосердно, как и предыдущие два дня. Гэвин сразу же стащил с себя рубашку, чтобы хоть немного охладиться. Каррис первый день честно потела, но на второй не выдержала и последовала его примеру, оставив только обтягивающую форменную блузку. И сейчас, когда она лежала вот так на спине, раскинув ноги по обе стороны от него, открыв поджарый живот со светящейся от пота и золотистого солнца кожей… у него перехватило дыхание, мысли рассыпались. Он попытался – тщетно – не смотреть на ее грудь.

Он тут же отвел взгляд, но она заметила.

Гэвин вдруг услышал резкий голос своего заточенного в тюрьме брата:

«Это ты тоже хочешь у меня отнять, а, братец? Займешься с ней любовью, делая вид, будто ты это я? Думаешь, тебе понравится, когда она в порыве страсти начнет выкрикивать мое имя?»

Если бы на ее месте была любая другая женщина, он бы поторопил мгновение, довел до критической точки. Прямо сейчас поцеловал бы ее – и позволил бы ей решать. Скажет «нет»? Отлично, и черт с ней; он как-нибудь переживет. Или же – более вероятно – она скажет «да», и тогда их ждет постель, и когда он с ней расстанется, на ее лице будет улыбка. Но по крайней мере он с ней расстанется. По крайней мере он что-нибудь предпримет.

Каррис была единственной из женщин, кто вызывал у него оцепенение.

Он вспомнил, как лежал рядом с ней в доме ее отца – как давно это было! Как целовал ее грудь, ласкал ее тело; как они говорили, пока не рассвело. За эту ночь они занимались любовью с полдюжины раз – настойчивость и страсть возобладали над неловкостью и неопытностью. Утром ему пришлось уйти прежде, чем ее горничная пришла ее будить.