Книга Слепящий нож, страница 432 – Брент Уикс

Сейчас, в столь поздний сезон, растения должны были уже вянуть и засыхать, давно лишившись былого великолепия. Тем не менее каждый куст цвел в полную силу – по словам Цветного Владыки, таково было влияние зеленой погани. В этом году сады разбили таким образом, чтобы воссоздать образ солнца, восходящего над вершиной Великой пирамиды, в примитивном руническом стиле древнего аташийского искусства. Лилии и гардении, белые ирисы и белые гортензии уступали место маргариткам, лютикам и бархатцам. Зигзагом взбираясь по ступеням, оранжевые розы, лилии и тюльпаны изображали солнечные лучи, пронзающие колокольчиково-гиацинтовое небо. Середину занимали заросли яркой зелени, а в основании располагался лабиринт рододендронов, камелий и роз всевозможных оттенков. С каждой стороны пирамиды стекали ручьи, местами перепрыгивая через гигантские ступени по затейливым акведукам. Фонтаны извергались с высоты, и вода стекалась в пруды в дюжине шагов внизу. И все это было временным, все существовало лишь один сезон, чтобы в следующем сезоне смениться чем-нибудь не менее экстравагантным. Таким образом знатные семейства Ру соревновались друг с другом.

Сами размеры богатства, необходимого, чтобы устроить нечто подобное, одновременно зачаровывали Лив и внушали ей отвращение. Город действительно был богат, но на улицах они видели и нищих, и проституток, и увечных, и сирот – не далее чем полчаса назад.

— Не глазей, – мягко напомнил ей Фипс Навид.

Лив с трудом оторвала взгляд от пирамиды. Кажется, никто не заметил, как она на нее пялится. Идиотка! Одного такого промаха достаточно, чтобы разрушить их маскировку.

Впрочем, все вокруг, по-видимому, были заняты своими делами, никто не поднимал на нее взгляда. Еще через две минуты Лив и ее отряд подошли к подножию гигантских ступеней. Здесь их поджидал один из командиров «Синих ублюдков», кривоносый старый козел с водянисто-голубыми глазами и без передних зубов по имени Паз Кавайр. Он разговаривал с капитаном городской стражи, с шестью своими людьми охранявшим подножие пирамиды.

— Лив! – закричал Паз, завидев ее. – Я надеялся, что ты здесь появишься! Поди-ка сюда.

Делано помрачнев, Лив подошла к нему со своими людьми.

— Сэр, – начала она, – я шла проверить, сколько пороха…

— Забудь об этом! Я хочу, чтобы ты снесла от меня записку лорду Аравинду. Он там, на самой вершине.

— Может, я лучше пошлю одного из своих людей? – скривившись, спросила Лив.

— Нет-нет, это важное дело! Только ему, в собственные руки! И кстати, я давно хотел спросить: как тебе удается так крепко сжимать свою крошечную задницу и не потеть при этом?

Капитан рассмеялся вместе с Пазом, и из отряда Лив тоже донеслись сдавленные смешки. Лив бросила на своих мужчин мрачный взгляд:

— Не знаю, чему вы, ребята, так радуетесь. Если я полезу наверх, вы полезете вместе со мной.

Это заставило их заткнуться.

Капитан расхохотался еще пуще, но тут же смущенно умолк.

— Боюсь, наверх смогут подняться только двое. Или, если хотите, мы можем сами доставить ваше письмо. Мне запрещено пускать вооруженные отряды на вершину Великой пирамиды.

— Ты шутишь? – недоверчиво вскричал Паз Кавайр. – Кругом война!

— Не хотелось бы показаться занудой, но у меня приказ, – отозвался капитан. – Надеюсь, ты меня понимаешь.