Книга Слепящий нож, страница 318 – Брент Уикс

— Ваши мысли на этот счет меня не интересуют, – перебила Белая. – Что там произошло?

Гэвин Грейлинг снова поерзал, покосившись на Каррис.

— Не прошло и пяти минут, когда к двери подошла капитан гвардии Белый Дуб. Она сказала, что у нее срочное дело. Мы, э-э, пытались ее переубедить, но она, по-видимому, торопилась – как будто не хотела, чтобы ее кто-нибудь увидел в коридоре…

— Рассказывайте уж всю правду, ублюдки, – прервала Каррис с каменным лицом, но ровным голосом.

— На ее лице была косметика, и от нее пахло духами. Ее волосы были причесаны… я даже не знаю… очень красиво. Как у женщины, которая идет на… э-э, гм… как бы это сказать…

Гэвин бросил взгляд на брата, ища помощи.

— На условленную встречу, – подсказал тот.

Гэвин Грейлинг пошаркал ногами.

— Продолжай, – велела Белая. – Вы ее впустили, а дальше?

— Когда мы открыли дверь, стало понятно, что Призма… э-гм… что Ана его разбудила самым приятным образом. И что капитан гвардии не ожидала это увидеть. Капитан гвардии Белый Дуб выбежала из комнаты, а верховный люкслорд Призма стал кричать ей вслед, звать ее. Он выглядел потрясенным. Он выбежал вслед за капитаном гвардии и спрыгнул в лифтовую шахту, чтобы последовать за ней, прежде чем мы успели к нему присоединиться. Мы не знали, что делать, поэтому вернулись обратно на свой пост, а он вернулся спустя несколько минут.

Орхолам! Каррис чувствовала, что ее начинает подташнивать.

— Он был в страшной ярости на эту девушку, Ану. Мы, э-э… успели бросить на нее взгляд, когда он снова вошел в комнату, и было похоже, что она ждала, что они продолжат с того места, на котором остановились. Но он и слышать ничего не хотел! Он начал на нее кричать…

— Что именно он ей сказал? – спросила Белая.

— Что Ана стоила ему любимой женщины, – ответил Гэвин Грейлинг, избегая смотреть на Каррис. – Что он принял ее за Каррис… э-э, в смысле, за капитана гвардии… и что он не прикоснулся бы к Ане, если бы знал, что это она. Что она внушает ему отвращение. Тогда девушка стала говорить… всякие мерзости… про капитана гвардии Белый Дуб. И тогда Призма вышвырнул ее на балкон.

Орхолам милосердный! Гэвин убил эту дурочку из-за того, что она оскорбила Каррис? Ей хотелось плакать – из-за Аны, из-за себя самой, из-за Гэвина, из-за всего этого идиотского мира и разбитой любви.

— И мы увидели… – Гэвин сглотнул и поглядел на Гилла, который кивнул, показывая, чтобы он продолжал. – Он кричал на нее, вне себя от гнева, и девушка так перепугалась, что спрыгнула с балкона.

Каррис словно ударило молнией.

— Спрыгнула?!

— Да, капитан, – ответил юноша. – Призма… он просто остолбенел! Наверное, я никогда не забуду его лица в этот момент. Он сказал что-то вроде: «Всемилостивый Орхолам, я ее убил!»… А потом велел нам пойти и доложить о случившемся и сказал, что будет ждать нашего возвращения. Он выглядел таким ошеломленным, госпожа, что мы ему поверили. Мы не знали, что нам делать. Конечно, один из нас должен был остаться с ним. Нам очень жаль.

— Подожди-ка… Так он ее не убивал? – спросила Каррис.

— Никак нет. Она спрыгнула сама, – ответил Гилл.

— И вы оба совершенно в этом уверены? – уточнила Белая.

— Так точно, верховная госпожа, – ответили они в один голос.

— Настолько уверены, что сможете повторить этот рассказ в присутствии всего Спектра?