Книга Орден Разбитого глаза, страница 500 – Брент Уикс

«Избранный Призма… Проклятие!»

Наконец она оторвала от него взгляд и посмотрела на топтавшегося рядом раба, который должен был проводить ее к месту. Тот казался обеспокоенным: в передних рядах не было свободных кресел, а положение женщины, очевидно, требовало, чтобы ее разместили именно там. Но тут один из дворян, сидевших в первом ряду, поднялся со своего места и целенаправленно двинулся вдоль прохода. Проповедник несколько сбился, но тут же продолжил свою болтовню – «великая жертва», «свет истины» и все такое прочее… Зимун скорее почувствовал, чем увидел, как его дед наклонил голову.

Взмахом руки дворянин отослал раба и сам повел женщину вперед. «Странно… В передних рядах буквально нет ни одного свободного места и скамьи забиты так, что подвинуться им просто не удастся». Однако дворянин провел незнакомку – которая по-прежнему с потрясенным видом поглядывала на Зимуна – к переднему ряду, усадил на то место, с которого поднялся сам, после чего, метнув непроницаемый взгляд в сторону Андросса Гайла, пошел к боковому проходу. Зимун проследил за тем, как он обошел зал, пробрался в задние ряды и уселся среди знати самого низкого пошиба.

«Очень странно…» У Зимуна было ощущение, что произошло что-то важное. Он поглядел на Андросса, но по лицу старика было невозможно ничего прочесть. Впрочем, Зимун никогда не умел угадывать чужие эмоции.

Снова поерзав на сиденье, он опять обратился к деду:

— Прошу прощения, но я напущу лужу, если не выйду прямо сейчас. Извините!

И, не дожидаясь ответа, двинулся к выходу, наклонив голову и придав лицу озабоченное выражение, чтобы показать всем, что не хочет мешать проповеди.

* * *

Он вышел через боковую дверь, что была возле возвышения. И снаружи, и внутри стоял караул Черных гвардейцев. Дождавшись, пока дверь за ним закроется, Зимун направился к лифту.

— Уборная в той стороне, – подсказал один из Черных гвардейцев, указывая в противоположном направлении.

Не обращая на него внимания, Зимун быстрым шагом дошел до следующего поста, где размещался наряд Светлой гвардии.

— Имя? – бросил он хромому командиру.

— Лейтенант Арам, сэр, – ответил тот.

В его лице читались отголоски страха, однако он был мускулист, со злым лицом. Зимун знал, как обращаться с подобными людьми: в целом примерно так же, как с презренными пиратами, с которыми он провел несколько месяцев.

— Мой дед изменил решение относительно Кипа, которого он изгнал и больше не считает своим внуком. Лейтенант! Способны ли вы к решительным действиям и выполнению деликатных поручений?

— Так точно, сэр!

— А ваши люди? Они сумеют держать язык за зубами, если дать им ответственное задание?

— Так точно, сэр! – отозвались Светлые гвардейцы.

Зимун сказал:

— Промахос Гайл приказывает вам захватить Кипа и всех его приверженцев, которые попытаются вам помешать. Вы можете задействовать и остальных Светлых гвардейцев. – Он понизил голос, обращаясь к Араму: – И вот что, лейтенант… хотя промахос и сказал «захватить», он имел в виду «устранить». Пусть это выглядит так, будто у вас не было другого выбора. И держите это в тайне! Ни слова никому, даже самому промахосу! У наших врагов повсюду шпионы. Обещаю вам щедрое вознаграждение, если я увижу, что вам можно доверять, – может быть, даже повышение в должности. Я теперь избранный Призма, и я могу быть вам хорошим другом, вы меня понимаете?