Книга Орден Разбитого глаза, страница 132 – Брент Уикс

— Кричи, если вдруг, – сказал ей Фирос.

У него была странная привычка не договаривать фразы, если он полагал, что все и без того знают, как они должны заканчиваться, – видимо, считал, что нет смысла тратить усилия на произнесение лишних слов.

Женщина плотно завесила полог, повернулась и набрала в грудь воздуха.

— Эйкона, благодарю, что вы согласились со мной встретиться. У меня к вам тайное и очень важное дело. Прежде всего прошу поверить, что я не представляю для вас угрозы.

Она грациозно опустилась на колени и раскинула руки в стороны ладонями кверху.

— Говорите, и поспешите. Корабль отходит через несколько минут.

— Да, госпожа, разумеется. Я пришла с посланием от Ордена Разбитого глаза. Мы не желаем вам вреда – фактически совсем наоборот.

По телу Лив пробежала невольная дрожь. Ей хотелось верить, что госпожа Хелель, пытавшаяся убить Кипа, появилась случайно, что это была какая-то сумасшедшая или фанатичка. Ей хотелось верить, что, как говорили Гэвин с Железным Кулаком, этот орден представляет собой просто горстку бандитов, взявших легендарное имя из древности, чтобы набить себе цену. Однако стоявшая перед ней женщина держалась спокойно, профессионально и вовсе не выглядела хвастуньей. И если на то пошло, использовать госпожу Хелель было поистине блестящим ходом – кто бы мог заподозрить убийцу в грузной немолодой женщине?

«Так, значит, есть вероятность, что этот орден существует в действительности… Неудивительно, что она прикладывает столько усилий, чтобы показать, что не представляет собой угрозы».

Видя, что Лив не собирается отвечать, незнакомка поспешно заговорила снова:

— Владыка дал вам ожерелье, на котором прикреплен кусочек живого черного люксина. Этот камень – ваш смертный приговор. Через него Владыка собирается вас контролировать.

— Что?! Как это работает?

Женщина помолчала, добавив ей еще немного мучений.

— Этого мы не знаем. Однако Владыка считает, что овладел тайнами камня и теперь тот будет обеспечивать ему повиновение. Он настолько в это поверил, что не боится создавать богов.

— Вы говорите опасные вещи.

— Как вы считаете, он похож на человека, способного смириться с тем, что другие обладают большей властью, нежели он сам? Он желает стать богом над богами!

— И чего вы хотите от меня? – спросила Лив. – Вы думаете, мою верность так легко поколебать?

— Владыка провозглашает свободу, разве не так? Но каким образом с этой свободой согласуется ваш поводок?

— Свобода не означает свободу от обязательств – она означает свободу выбирать из них то, что тебе по душе. Владыка намерен сделать меня богиней.

— Простите, эйкона, но богиней вы можете сделаться только сами – или сами потерпеть поражение. Никто не сделает это за вас. А черный люксин далеко не так легко усмирить, как считает Владыка.

Снаружи донесся окрик:

— Через две минуты отдаем концы! Гребцы, по местам!

— Черный люксин, – фыркнула Лив. – Да это просто обсидиан!

— Как вы можете так говорить, ведь вы же его видели?

Лив отвернулась от нее. Клубящийся чернотой камень лежал у нее в кармане – он всегда лежал у нее в кармане. Указания Владыки были недвусмысленными: она должна будет надеть его на себя перед тем, как объявить о своей власти над поганью.

— Он просто… очень искусно вырезан. Игра света.