Книга Мастер Темного Пути. Том 1, страница 57 – Мосян Тунсю

— Да чего тут бояться?! – отмахнулся Вэй Усянь. – Все говорят, что этот Лань Чжань с детства одарён талантами. Раз уж он умён не по годам, то давно вызубрил все уроки своего дяди. Целыми днями сидит взаперти и совершенствуется. Где там ему найти время ещё за мной следить! Да я…

Не успел он закончить фразу, как ученики, проходя мимо резного окна, увидели в комнате Орхидей чинно сидящего юношу в белых одеяниях, с подвязанными длинными волосами и налобной лентой. Юноша тот кинул на них холодный взгляд, с ног до головы источая льдистую чистоту и строгость.

С десяток открытых ртов тотчас же захлопнулись, словно на них наложили заклятие молчания. Все молча вошли в комнату Орхидей, молча выбрали себе места и так же молча оставили вокруг письменного стола Лань Ванцзи пустое пространство.

Цзян Чэн похлопал Вэй Усяня по плечу и прошептал:

— По твою душу. Ну, дальше давай сам, удачи.

Повернув голову, Вэй Усянь сумел рассмотреть Лань Ванцзи сбоку. Ресницы у него были длинные и тонкие, осанка безупречная, взгляд устремлён вперёд – словом, само изящество и утончённость. Только Вэй Усянь вознамерился открыть рот и завязать беседу, как в комнату вошёл Лань Цижэнь.

Лань Цижэнь был мужчиной высоким и худым, с прямой, как стрела, спиной и вовсе не старым, хотя и отрастил чёрную козлиную бородку. Если учесть, что в семье Лань из поколения в поколение рождались писаные красавцы, внешность его была вполне благообразной. Жаль, от него веяло чем-то жёстким и закоснелым – неудивительно, что его прозвали стариканом.

В руках Лань Цижэнь держал пухлый свиток, а когда развернул его, один конец упал на пол и укатился далеко вперёд. Учитель с ходу принялся зачитывать правила клана Гусу Лань, и при первых же словах ученики помрачнели. Вэй Усяня взяла тоска, взгляд его метался по сторонам, пока наконец не остановился на Лань Ванцзи, сидевшем сбоку. В лице того читалось неподдельное внимание, которому Вэй Усянь немало удивился: «И как можно на полном серьёзе вникать в эту чушь?»

Вдруг Лань Цижэнь бросил свиток и холодно усмехнулся:

— Поскольку выбитое на камне никто не читает, я огласил каждое правило одно за другим. Посмотрим, какой нарушитель теперь попробует отговориться незнанием. Но, похоже, кое-кого не устраивает содержание урока. Что ж, обсудим другую тему.

Эти слова грозой нависли над головами всех, кто находился в комнате Орхидей, но Вэй Усянь нутром почуял, что выпад нацелен в него.

И в самом деле – Лань Цижэнь продолжил:

— Вэй Ин.

— Здесь, – отозвался Вэй Усянь.

— Задам тебе вопрос. Оборотни, демоны, мертвяки и чудища – это одно и то же?

— Нет, – с улыбкой ответил Вэй Усянь.

— Почему нет? Каковы различия?

— Оборотнями становятся нечеловеческие живые существа, демонами становятся живые люди, мертвяками становятся мёртвые люди, чудищами – нечеловеческие неживые существа.

— Понятия «оборотень» и «чудище» легко спутать. Рассмотри отличие на примере.

— Да легко, – хмыкнул Вэй Усянь и указал на развесистое дерево за окном. – Например, если это живое дерево лет за сто подхватит тут заразу учёности, встанет на путь совершенствования, пробудит в себе сознание и примется вредить людям, это будет оборотень. А если я возьму топор и срублю его, останется пень, и вот когда он встанет на путь совершенствования и превратится в некую духовную сущность, это уже будет чудище.