Книга Мастер Темного Пути. Том 1, страница 110 – Мосян Тунсю

— Засмеют? – переспросил Лань Ванцзи.

— А что, скажешь, нет?

Лань Ванцзи ответил не сразу.

— Ты тоже нёс меня когда-то.

— Разве? Не припоминаю…

— Никогда о таком не помнишь, – бесстрастно произнёс Лань Ванцзи.

— Все-то говорят, какая у меня плохая память. Что поделать, плохая так плохая. Не поеду я на твоей спине.

— Уверен?

— Да, – твёрдо заявил Вэй Усянь.

Спор, казалось, зашёл в тупик, но тут Лань Ванцзи подхватил Вэй Усяня за спину одной рукой, а другую просунул ему под колени. Вэй Усянь был ниже ростом и легче, поэтому Лань Ванцзи без труда поднял его в воздух. Кто бы мог подумать, что, получив от ворот поворот, он не сдастся и настоит на своём? С Вэй Усянем за обе жизни такого не случалось!

— Лань Чжань! – в ужасе завопил он.

Лань Ванцзи прижал Вэй Усяня к себе и двинулся дальше по улице – очень ровным и плавным шагом.

— Сам сказал, что на спине не желаешь, – ответил Лань Ванцзи таким же ровным тоном.

— На ручки я тоже не просился!

К счастью, уже давно стемнело и зевак поубавилось. Особой застенчивостью Вэй Усянь никогда не страдал; совсем скоро он расслабился и с довольной ухмылкой принялся теребить ворот Лань Ванцзи.

— Хочешь выяснить, кто из нас бесстыдней?

Повеяло свежим запахом сандала, но Лань Ванцзи на проказника даже не глянул – не обращая внимания на дурачества, он смотрел прямо перед собой, спокойный и невозмутимый, как всегда. Вэй Усянь с досадой подёргал его за пояс и подумал: «Ну надо же, какой злопамятный! Раньше знай себе дразнишь его, а он не отвечает, зато теперь решил поквитаться за всё. Вырос так вырос! Не только в совершенствовании преуспел, но и кожу потолще нарастил!»

— Лань Чжань, ты ведь узнал меня ещё на горе Дафань? – спросил Вэй Усянь.

— Да.

— А как догадался?

Лань Ванцзи бросил на него взгляд из-под ресниц.

— Хочешь знать?

— Ага! – не задумываясь ответил Вэй Усянь.

— Ты сам мне сообщил.

— Я? Это из-за Цзинь Лина? Или из-за Вэнь Нина? Или ни то ни другое?

В глазах Лань Ванцзи что-то мелькнуло, будто рябь пробежала по глади безмятежного озера, но в следующий миг эта рябь исчезла без следа, и он строго сказал:

— Подумай.

— Я потому и спрашиваю, что уже всю голову сломал.

Но сколько бы Вэй Усянь ни допытывался, ответа так и не получил. Едва они зашли на постоялый двор, слуга за стойкой поперхнулся; посетители же, казалось, даже внимания не обратили на странную пару. Лань Ванцзи донёс Вэй Усяня до снятой комнаты.

— Придётся меня отпустить, – сказал тот. – У тебя же нет лишней руки, чтобы открыть две…

Не успел он договорить, как Лань Ванцзи совершил нечто невероятно грубое. Возможно, это был самый грубый поступок за всю его жизнь. Не выпуская свою ношу из рук, он открыл дверь пинком!

Как только створки распахнулись, человек в комнате заёрзал и давай причитать:

— Ханьгуан-цзюнь, я не знаю, не знаю, я… – Узрев на пороге двух мужчин в интересной позе, он уставился на них в оба глаза и растерянно закончил: —…правда ничего не знаю…

Вот уж точно Незнайка: один вопрос – три «не знаю».

Словно не замечая его, Лань Ванцзи внёс Вэй Усяня и опустил на циновку. Сконфуженный, Не Хуайсан прикрылся распахнутым веером. Вэй Усяню пришлось заглянуть за край веера, чтобы рассмотреть бывшего однокашника. Тот, следовало признать, особо не изменился: такое же изящное, живое и выразительное лицо, такой же продуманный до мелочей наряд – изысканный и дорогой, но отнюдь не вульгарный. Не Хуайсан скорее смахивал на легкомысленного богатого бездельника, а не на именитого совершенствующегося. Даже в императорском драконьем облачении он бы не дотягивал до настоящего принца; даже с саблей на поясе и близко не походил бы на истинного главу клана.