Книга Снег и туман, страница 49 – Го Цзинмин

Мужчина ничего не ответил на эти слова.

Его собеседник в свою очередь тоже замолк и теперь просто тихо стоял. Из-за того, что лицо его скрывал капюшон, невозможно было увидеть выражение и понять, о чем тот думает.

Уголки губ Седьмого князя приподнялись, и он улыбнулся:

— Не хочешь ли ты сказать, что если бы я действительно повстречал вчера ночью Сумерки Богов, то не стоял бы сейчас перед тобой целый и невредимый?

Человек склонил голову:

— Я бы не посмел.

— Тогда спрошу вот что. Есть ли сейчас рядом с Фуцзэ кто-то из других князей и апостолов?

— Неподалеку находится апостол… – человек в черном секунду помедлил, – и князь.

— Зачем?

— Исполняют другое поручение.

— Кто они? И что делают? – продолжил расспрашивать Инь Чэнь.

— К сожалению, эти сведения доступны лишь определенному кругу. Ваш ранг не позволяет получить ответ, – вежливо, но жестко ответил человек в черном.

* * *

Западная империя Асланд, лес у границ поселка Фуцзэ

Сгущающиеся сумерки накрыли необъятную лесную чащу серой тенью; постепенно чернеющее небо выглядело мирно и ласково, его купол украшало несколько сияющих звезд.

Ци Лин только сейчас понял, что уже стемнело. Он прикрыл глаза, и тут же в голове безостановочно замелькали сцены, которые юноша увидел после возвращения в Фуцзэ, – весь поселок выглядел так, словно по нему прошлась редкостная разрушительная снежная буря. Повсюду вздымались огромные ледяные шипы, на земле валялись груды камней и обломков, а у края дороги лежали попадавшие с карнизов террас масляные лампы, в некоторых из которых все еще теплился слабый огонь, придавая поселку только более траурный вид. Почтовая станция превратилась в бесполезные развалины из дерева и камня. Разгромлены были и несколько основных дорог поселка. Вдоль них тут и там толкали тележки со своими пожитками люди, намеревающиеся покинуть Фуцзэ. Их одежду и оголенные участки тела покрывали засохшие пятна крови. Под нависшими карнизами сидели одинокие старики, которым было некуда уезжать и для которых единственным выбором было остаться. Они смотрели настолько спокойно, что казалось, будто никакой катастрофы и не было.

От переполняющих поселок тишины и разрухи спирало дыхание.

Ци Лин открыл глаза, но Инь Чэнь по-прежнему отсутствовал. Вокруг вообще не было видно ни одного живого существа. Бесчисленные древние деревья, царапающие верхушками небеса, напоминали черных великанов, которые, склонив головы, сочувственно наблюдали за покинутым человеком под ногами и перешептывались голосом листвы.

Ци Лин никогда не чувствовал себя настолько одиноко.

— Я вернулся, – неожиданно раздался голос Седьмого князя.

Парень вскочил на ноги и, не удержавшись, заключил новоприбывшего в короткие объятия, на его лице сияла искренняя радостная улыбка.

— А я уж переживал, вдруг ты… – Ци Лин замолчал и покачал головой. Глаза юноши были на мокром месте, и казалось, что в них искрились звезды.

— Бросил тебя и ушел? – договорил за него Инь Чэнь.

— Можно сказать и так… – Молодому человеку стало стыдно.

— Тебе не о чем переживать. Как только князь дарует апостолу Печать, их связь уже не отменить и не заменить другой. Это значит, что я не способен разорвать нашу связь, и не способен передать Печать другому. Теперь ты – мой единственный апостол, поэтому бросить тебя у меня не получится, – с серьезным видом объяснил мужчина.