Книга Путешественник Книга 7, страница 7 – Олег Ефремов

На краю обрыва 1 отражение

Когда архимаг возник на краю обрыва возле пропасти с лавой, первым делом он окинул взглядом всех здесь присутствующих, после чего им улыбнулся. Эту встречу он уже давно запланировал, понимая, что рано или поздно высшие демоны узнают о своей оплошности и захотят её исправить, снова его убить. А когда пропала связующая нить с несколькими печатями подчинения, догадался, что демоны обязательно вернутся, чтобы ему отомстить. Так что к этой встречи он был готов, а вот высшие демоны снова недооценили своего врага.

Хоть Оркус и видел перед собой лишь трех демонов, но предполагал, что ещё несколько скрываются рядом, дабы ударить ему в спину. Он даже не стал ставить непробиваемый щит, позволив Воланду напасть со спины. А ещё ощутил, что кто-то ненавязчиво копается у него в голове, вот этого уже он позволить не мог, приложив наглеца ответным ментальным ударом. В него разрядились несколько смертоносных техник, но он лишь наблюдал, как рассыпаются камушки в длинных четках. Архимаг создал себе не один артефакт последнего шанса, а целые четки, обмотанные несколько раз вокруг руки. За тысячу лет он стал лучшим артефактором, возможно, во всех нижних мирах. В нулевом он ни разу не был, поэтому мог с уверенностью сказать лишь за остальные отражения. После того как первый обмен атаками завершился, ударил уже сам Оркус. В демонов полетели три сплетенные техники, специально заготовленные для такого случая.

Секрет тройного заклинания был в следующем. Одно из них было привязано к свету, так как солнечные лучи проходили сквозь любой защитный барьер, иначе бы никто ничего не смог видеть. Второе — носило структуру проклятья, направленного на высших демонов, так что должно было прицепиться ко всем собравшимся. Третье — это было проклятье забвения, приправленное толикой божественной благодати. Шансов у демонов против такого тройного удара не было, они попались на это проклятье, мягко окутавшее всех пятерых. Демоны замерли. Воланд остановился с занесенным кинжалом, Астарот перестал швыряться смертельными заклинаниями, а Люцифер на какое-то мгновенье ослабил барьер, мешающий сбежать архимагу.

— Финита ля комедия, — Оркус, помахав ручкой на прощанье, просто испарился, словно его и не было. А демоны остались стоять на месте, по-глупому улыбаясь. Их охватила беспричинная эйфория или ощущение присутствия Бога. Неземная благодать проникла в их сердца, наполняя тихой светлой радостью. Они вспомнили, чьими детьми все же являются, но при этом начали забывать все с ними до этого происходившее.

— Что мы тут делаем? — первым отмер Люцифер. — Какого ангела мы забыли в таком месте? — забвение начало работать, затрагивая изначально кратковременную память.

— Не помню, вроде мы должны были здесь кого-то убить, — улыбалась Барбела, — но, кажется, у нас ничего не вышло. И теперь кому-то будет очень плохо, и он меня за это прибьет.

— Кто на тебя, мою жену, может поднять руку? Я ему её оторву и засуну в одно причинное место, — взревел Люциус, совершенно забыв о путешественнике.

— Да нет, это было высказано фигурально, но не могу вспомнить, кому я что-то пообещала, — Бель потерла виски, головная боль от ментального удара, чуть не расплавившего её мозг, постепенно утихала.