Книга Дом это там, где мы, страница 83 – Юрий Гнатченко

— Ну последнее это в плане… - решил я объясниться, но Семеныч меня опередил.

— Да, каждый сотрудник должен знать свое место при боевой тревоге. – согласился он со мной скорее на автомате, чем осознанно.

— Ну а так как ты уже поработал с Евлампией над предварительным планом нашего загородного филиала – Оплота. Так что сам понимаешь – это твое.

— Да в принципе я согласен. – немного подумав проговорил он: - Только мне штат нужен. Людей у меня мало, кадры хоть и проверенные, но пока несколько вызывают сомнения.

— Все. – опустил я ладонь на стол: - Бюджет у тебя есть, работай. Это твоя епархия. Я кстати тебе передам боевое крыло…

— Это чего? – удивился он.

— Это новые собачки, которых… - начал я, но он жестом руки остановил меня, давая понять, что продолжать не надо.

— Знаю знаком уже. Я их ТТХ уже посмотрел. Годные. – важно заметил я.

«И когда только успел?» - удивился про себя я и тут же словно подслушав мои мысли Семеныч пояснил:

— Пока ты тут в коме валялся и пузыри пускал, я тут шороху навел, перепланировку сделал, с собачками познакомился… - перечислил он.

— А так же построил охрану у входа в клинику, чтобы они дело знали а не штаны просиживали.

Мы оба расхохотались последнему. Дело в том, что пару часов назад, ко мне на прием попросился начальник охраны офисного здания и слезно просил больше не жаловаться на него Петру Семеновичу. Судя по остаточным следам на его ауре, Семеныч лихо покопался у него в мозгах оставив самые теплые о себе воспоминания.

Так препираясь и попивая коньяк, мы выпили полностью всю бутылку Хеннесси. Время пролетело незаметно и ровно через два часа мы отправились назад в лабораторию.

Войдя в нее, я быстро проверил Вакулу, который словно дожидаясь меня, буквально пару секунд назад подал сигнал об окончании курса восстановления мозговых клеток пациента. Еще раз запустив диагностику и прогнав ее на нескольких режимах, я убедился, что лечение прошло успешно.

Судя по слегка выпученным глазам Леви, он был не очень доволен процедурами и готов был высказать все это нам.

— Все. – с нескрываемым облегчением проговорил я. Улыбнувшись я приглашающе махнул рукой и видя, что Леви немного еще не в себе, шагнул к нему, чтобы помочь встать.

— Отстань ирод! – беззлобно проговорил он: - Креста на вас обоих иродах нет. Знал бы я что будет так больно, да ни в жизнь не согласился. Старого таки человека заставили испытать все муки ада. Да я с вами за один стол не сяду!

Семеныч посмотрев на меня и получив утвердительный кивок головы, с нескрываемым облегчением быстро подошел к наконец утвердившемуся на своих ногах Леви и с чувством обнял.

— Ах ты старый черт! – радостно проговорил он обнимая до хруста друга.

— Ай, осторожнее медведь! – не оставаясь в долгу похлопал он его и сжал в своих объятиях.

— Ого! Силен бродяга! – удивленно проговорил слегка побагровевший Семеныч: - И ведь не скажешь, что стар, а силушка, то есть.

— Так. – прервал я восхваления закадычных друзей: - Леви! Ты иди в мой кабинет. Ну а ты Семеныч быстро укладывайся в объятия Вакулы. Ночь уже на дворе, а нам еще спать сегодня надо.

— А вы Альберт, всенепременно подлечите этого деревенского увальня! – вставил ехидно Леви свои «пять копеек».

Так беззлобно переругиваясь, я быстро уложил Семеныча и проведя диагностику, дал Вакуле отмашку на пытки. К моей радости у нового и последнего на сегодня моего пациента были не такие большие проблемы со здоровьем. Так, небольшой букет заболеваний, который имеет почти каждый среднестатистический человек в его года.