Книга Инфильтрация Миров, страница 73 – Юрий Гнатченко

— Да ладно. – не поверил я сразу. - Это что реально кремний? То есть. Ну да, это же отсталые аборигены.

Пазл сложился в моей голове и теперь стало понятно назначение и прочего инвентаря около примеченных вигвамов-типи.

— Адриатический театр и все его примадонны! Да это же каменные заготовки под орудия труда. Получается как минимум несколько аборигенов из племени Речного Змея специализируются на производстве каменных инструментов!

Найденные следы прочей хозяйственной деятельности не вызвали у меня столь явного ажиотажа. Жители стойбища Речного Змея в равной степени занимались как сбором ягод, корнеплодов и прочих даров природы, о чем свидетельствовали несколько потертых, местами дырявых мешка и огромные кучи сгнивших корнеплодов.

— Надеюсь это все же сгнившие овощи, а не те, которые они употребляют в пищу. – старательно отогнал я от себя воспоминания о запахах и виде тех зловонных куч.

— Кстати о прочем. – вспомнил я вслух, стараясь переключиться на другое. – Там еще местный шаман обретался.

Около центрального очага племени, месте обложенном камнями и с наличием огромного количества золы, я видел некое подобие идола. Грубо вырезанный, из внушительного куска цельного дерева, тотем. Высотой в три человеческих роста он был разделен условно на три секции, объединенных в единую экспозицию. По сути тотемом была одна большая трехглавая змея. Каждая из голов и являлась секцией, отражая снизу вверх: рыболовство, охоту и плодородие.

Я даже хмыкнул увидев как около тотема в обязательном порядке находились остатки даров, покровительствующей племени Речной Змеи.

Кроме того отдельно и немного особняком стояли два вигвама-типи. Один, судя по сидящему на входе раскрашенному и облаченному в какую-то чешую аборигену, собственно и был шаманом племени Речного Змея. На мои скромные попытки заговорить он просто не реагировал, мерно покачиваясь и продолжая неотрывно смотреть на установленный рядом с главным очагом племени, тотем.

Плюнув на этого шамана-наркомана, я поскитавшись по стойбищу, обнаружил второе нетипичное архитектурное сооружение племени. Его отличительной особенностью было не пирамидальное исполнение как у остальных вигвамов-типи, а круглое. И самое главное - запах. Рядом с ним просто умопомрачительно, до желудочных спазмов, пахло копчёной, истекающей жирком рыбой. Мне показалось что в то мгновение мир сузился до размеров этого чуда, а в воздухе помимо нежных струек копченой рыбки появились чарующие звуки открытия небесных врат, которые впускают праведников в райские кущи.

Сглатывая набежавшие слюни я не удержался и быстро подбежав, заглянул внутрь него. Долго разглядывать мне не дали, да и в полумраке вигвама это сделать было проблематично, а раздавшиеся крики женщин явно указывали на то, что сейчас меня будут бить. Очень сильно бить. Пришлось мазнуть взглядом по дымящему словно паровоз и едва живому небольшому костру с обложенными ветками углям и схватив одну из весящих рыбин, максимально спешно ретироваться.

Рыбину я употребил еще по дороге от стойбища, что собственно и послужило основной причиной его временно покинуть.

— Начать стоит с двух моментов. – кое как заставив себя отречься от вида копченой рыбки, я сфокусировался на текущих проблемах. – Раз не получилось договориться с вождем о постое, то придется самому заняться жильем и пропитанием. Не дай бог какие-нибудь дебафы подхвачу, замучаюсь потом. Думаю местный уровень медицины не владеет антибиотиками, мазями от геморроя и «Колдрексом» от простуды. Крепкий удар топором по башке – вот тебе средство и от поноса и от гайморита.