Книга Полет алого дракона, страница 91 – Галина Гончарова

— А ничего, что вы драконы?

— Ничего. Переедем поближе к местам, насыщенным магией, а остальное детали. И вообще, мой сын потом наверняка захочет вернуться на Ардейл. А я останусь тут.

— М-да. Знаешь, я примерно половину не понял, а вторую половину не осознал, но одно ясно. Срочно надо зарабатывать. А то с двумя бэбиками на съеме – повесишься. Скажи, а у вас есть такое – компенсация за моральный ущерб?

— Чего? – не поняла уже Далина.

Послушала Костины пояснения и кивнула:

— Отличная идея. Я на это дело половину родового запаса выгребу. У черных.

— Вот и правильно. И свяжись с этими своими… как их? Ланами? Танами?

— Тандиларами.

— Долго на скороговорках тренировалась?

— Годами.

— Вот, с ними надо будет связаться. Если ты этого Дуба пришьешь, кто-то же должен будет взять власть в свои лапки?

— Тогда они ее моему сыну не отдадут. Нет, нужен кто-то другой. Я подумаю.

— Блин, как все сложно!

Далина развела руками. Жизнь вообще штука сложная и противная. И с этим ничего не поделаешь.

Ардейл, замок Ланидиров

— Долго ты еще валяться будешь?

Клаус смотрел на своего капитана с возмущением. С его точки зрения, через неделю после порки дракон уже обязан встать и мухой летать по замку! А он валялся, словно так и надо!

Беннет мог бы встать. И магией мог бы все ускорить, и дорогими лекарствами мазаться, но… не хотелось. Драконы не знают слова «депрессия», но у Беннета была именно она.

Далины нет.

И он связан клятвой.

И все темно, и пусто, и тоскливо… Можно жить без крыльев, но как выжить, когда нет надежды?

— Что-то не так?

— Ты мне нужен!

— Зачем?

Клаус аж поперхнулся.

— Зачем?! Да ты… ты что – с ума сошел?

Беннет посмотрел на своего… да что уж там! Хозяина! Посмотрел тоскливо и с явным отвращением, так что Клаус едва удержался, чтобы не добавить раненому. Остановило лишь одно соображение – выздоравливать будет дольше.

— Мне нужна твоя работа!

— Понимаю. Вот как встану, так сразу, – согласился Беннет. Он даже не издевался, просто потерял интерес к жизни. Тоска накатывала, аж дышать не хотелось. Мог бы и не дышать, драконы и так могут.

— Скоро ты встанешь?

— Не знаю.

— Что лекарь говорит? – пока еще спокойно поинтересовался Клаус.

— Не спрашивал, – отозвался Беннет.

Клаус рыкнул вовсе уж зло и пошел срывать гнев на лекаре. Ридола Гарм, которая об этом визите знала, дождалась, пока Дубдраган ушел, а лекарь уполз лечить свои синяки и ссадины, и встала у кровати Беннета.

— Хватит разлеживаться.

Беннет не удостоил ее даже взглядом. Ридола покачала головой.

— Вот так и уйдешь? И бросишь ее сына?

Ответом стал тоскливый взгляд. Мужчины! У женщины инстинкт требует защитить вот это маленькое-слабенькое, а мужчины частенько к детям равнодушны. К чужим детям.

И то, что Далина – мать маленького Леонидаса, особо ничего не меняло. Отец-то Клаус!

— Что ты от меня хочешь? – шевельнулись бледные губы.

— Приходи в себя. Тогда расскажу.

— Не хочу.

Ридола притопнула ногой.

— Хочешь, чтобы последнюю ее памятку убили?

— Не убьют, Клаус позаботится.

— О чем? Он своей бабе доверяет, а у той глаза как у кошки. И сало сожрать, и тряпкой не получить! Дорвется она до малыша, ничего хорошего не будет!

— Не дорвется.

Звучало это вроде бы безжизненно, но… Ридола усилила нажим:

— Я старая. Ты мне помоги, сынок, а потом хоть крылья складывай! Я тебе даже яд достану, если захочешь!