Книга Эобара, страница 77 – Владимир Орестов

— Лёня! – не предвещающим ничего хорошего тоном сказал «Изматуллин». – Не. Глупи. Или я что-то напутал и это не у тебя последнее время жизнь – сплошной коктейль из мистики и ты ждёшь не дождёшься кого-нибудь, который тебе что-нибудь объяснит?

Щелчок забинтованной руки и Леонид почувствовал, что может говорить:

— Кто, чёрт возьми, вы?!

Вновь щелчок и вновь челюсти доктора сковываются.

— Неправильный вопрос! – с какой-то извращённой весёлостью объявил «Изматуллин». – Это не важно для тебя. Сделаем ещё одну попытку? – щелчок руки.

Несмотря на то, что пациент не собирался кусать его и пить из него кровь, Леонид чувствовал, что нечто, занявшее тело несчастного «Изматуллина», гораздо опаснее Человека-Бабочки и, судя по всему, абсолютно безумно.

Вопрос. Он хочет правильный вопрос. Челюсти Леонида вновь могли двигаться, но он всё медлил, пытаясь сообразить – что же такого ждёт от него «Изматуллин».

Тот, не дождавшись ответа, тяжело вздохнул:

— Хорошо, я спрошу за тебя. «Извините, а что со мной происходит и что мне делать, чтобы остаться в живых?!» - писклявым, кукольным голосом сказал пациент и так же кривляясь, ответил сам себе: - Да, Леонид, хороший вопрос. Что с тобой происходит? – «Изматуллин» на мгновение замер в позе мыслителя. – Основной момент, самый важный – за тобой охотится хорита.

— Кто?! – не понял Леонид.

«Пациент» тяжко вздохнул:

— Хо-ри-та. Кровососущее создание с крыльями.

— А-а, - протянул Леонид. – Я назвал его человеком-бабочкой.

«Изматуллин» неприятно рассмеялся:

— Человеком-бабочкой?! Лёня, - пароксизм хохота, - ты обозвал древнее могущественное существо из другого мира… да, что там мира, из другого пласта реальности – бабочкой?! Существо, которое уже много столетий занимается только тем, что ищет таких как ты и ест их. На завтрак, обед и ужин, заметь. Поздравляю, Шарик, ты – балбес.

Леонида разозлил смех собеседника. Краем сознания он отметил, что слышал этот смех – причём, недавно, но где?

— Мне не показалось он особенно могучим, этот ваш харит! – огрызнулся он.

— Хорита! – рявкнул собеседник. – Первая «о», последняя «а». Никакого отношения к древнегреческой мифологии. Просто запомни, на будущее, если оно у тебя, конечно, будет, - опять неприятная усмешка в голосе, - что многие имена и названия, которые тебе предстоит узнать, настоятельно не рекомендуется коверкать.

Леонид мрачно кивнул в ответ. А потом до него дошло:

— Другого мира? Другого пласта реальности?

— Молодец! – «Изматуллин» издевательски захлопал в ладони. – Миров, мой дорогой друг, бесчисленное множество. Бесконечность в степени «бесконечности».

— Параллельных? – тупо уточнил Леонид.

— ….рельных! – грубо ответил собеседник. – Разных. Твой, между прочим, один из самых серых и паскудных. Извини, за прямоту, - если бы у «Изматуллина» было бы лицо, он бы начал улыбаться. – Зато, твой мир обладает несколькими неплохими, так сказать, свойствами. Он очень не любит магию и поэтому значительно гробит силу таких существ, как например, твой любимый «Человек-Бабочка». Понимаешь?

— Мне он не показался слабым, - покачал головой Леонид и пользуясь тем, что оцепенение спало опустился на соседнюю койку. Автоматически он оглянулся на дверь – на сестринском посту до сих пор было пусто. И ещё раз мелькнула в сознании страшная мысль о том, что на самом деле нет ни медсестры Любы, ни трёх остальных палат, ни клиники, ни даже города Санкт-Петербурга. А есть ординаторская, кусок коридора и одна палата, зависшие в облаке тьмы.