Книга Эобара, страница 156 – Владимир Орестов

— Их очень сложно убить! Через несколько минут они придут в себя! – проорал мужчина, подбегая к Леониду. – Ты в состоянии вести машину?

Леонид вновь попытался встать и вновь не смог. Внезапно его резко подкинуло в воздух – это незнакомец, не выглядевший особо сильным, с лёгкостью подхватил его на руки и потащил к автомобилю.

Бурдюки тем временем вновь взмыли в воздух.

Распахнув заднюю дверь, мужчина совершенно неделикатно швырнул Леонида на сиденье, а сам бросился за руль.

— Там… автомат, - зачем-то прошептал Леонид – говорить громче попросту не мог – не было никаких сил. – Вы…

— Разберусь, - отрезал незнакомец.

Мотор взревел и машина рванула вперёд.

Леонид попытался сесть на сиденье, но рухнул обратно.

У него не было никаких сил.

— Куда мы едем? – с трудом разлепив губы, спросил он.

— Подальше отсюда, - последовал ответ. – В Хальм.

1. Двери одной из келий на третьем этаже Мастерской распахнулись и, едва не сбив с ног Читающего Вероятности, наружу вывалились трое слуг. На руках они держали мужчину средних лет с густой окладистой бородой. Бесконечная цепь переплетённых друг с другом глаз шла по канту его мантии.

«Один из Видящих мастера А̀ни. Бедный паренёк!» - Читающий Вероятности посторонился и слуги, на мгновение склонив головы перед ним, поспешили в сторону лечебницы, расположенной в западном крыле Мастерской.

От тряски голова мужчины откинулась и стали видны его раскрытые глаза, с абсолютно пустым взглядом и запекшаяся кровь на бороде.

Хлопнула дверь. В коридоре снова опустело. В наступившей тишине явственно стал слышен неразборчивый гул – это десятки Видящих Бездну – коллег того несчастного, которого только что вытащили из его койки, продолжали свою работу с нитями.

В полусне, полуяви, напрямую касаясь чёрной бесконечности изнанки Междумирья, они ткали Полотно – соединяя и разъединяя нити, разрывая образовывавшиеся тысячелетиями узоры и соединяя их воедино – искажая, меняя, исправляя судьбы людей, стран, миров.

Читающий Вероятности поёжился и схватился за культю.

С какой-то точки зрения его роль была не так уж и плоха. Он хотя бы смотрел в будущее, он видел вероятности, но никогда не менял их.

Для этой работы существовали другие ткачи, а для них в свою очередь всегда находились свободные койки в лечебнице.

Прихрамывая, Читающий Вероятности поспешил дальше.

Несмотря на то, что даже в лучшие столетия, в Мастерской жило и работало не более трёх сотен ткачей, их иерархия была достаточно сложна и запутана.

Видящие Бездну в большинстве случаев ни разу не покидали Город с того момента, как их впервые доставляли в него.

Их задачей было вглядываться в Бездну днями напролёт и воздействовать на доступные им нити впрямую, только усилием мозга, точнее той части, которая и делала их ткачами.

Той части, которая так часто «перегорала» от неслыханного напряжения, превращая ткача в безмозглую куклу, болванку, растение. Мало кто из Видящих доживал до сотого дня рождения, ещё меньшее число переходило двухсотлетний рубеж. В лечебнице была отдельная секция, наполненная Видящими, в один неудачный день, слишком глубоко погрузившимися в Бездну в погоне за очередной нитью. Лишённые разума они лежали там месяцами, иногда годами, а после смерти их тела отправлялись на кладбище на границе между Мастерской и Городом, в глубине садов.