Книга Эобара, страница 152 – Владимир Орестов

Следует заметить, что после измерения с дорогами и бесконечным морем, все остальные миры выглядели пасторально и совсем не интересно и если бы не серебристое сияние и всё-таки изменяющееся дорожное покрытие, возможно, он пару раз и пропустил переход из одного мира в другой.

Ни людей, ни машин ему больше не попадалось. Также не наблюдалось ничего интересного и из ряда вон выходящего – разве что увиденные в четвёртом мире унылые фиолетовые коровы, пасшиеся на ближайшем к дороге холме. Животные проводили БМВ взглядами. Леонид ответил им тем же.

Несколько раз он останавливался и фотографировал на телефон то, что видел. На какое-то время ему даже стало жалко, что он не взял с собой фотоаппарат, а с другой стороны – найдётся ли кому смотреть эти фотографии сизых гор и зелёных холмов с непонятными фиолетовыми животными?

К сожалению, после очередного возращения в лес, телефон окончательно приказал долго жить вместе со всеми сделанными фотографиями.

Закидывая бесполезный аппарат в багажник, Леонид, не удержавшись, погладил руль автомобиля. Согласно словам Рохбена рано или поздно это ждало и его верного скакуна.

Выйдя из автомобиля, Леонид потянулся и зевнул.

Адреналиновое возбуждение, вызванное тем, что он попал в другой мир, начинало спадать. Ему всё больше хотелось спать и даже ноющее чувство в груди, твердящее ему, что у него есть в запасе не так много времени, не могло перебить это желание.

Кое-как разобрав вещи на заднем сиденье, а точнее попросту утрамбовав массу пакетов и сумок, Леонид забрался внутрь. Несколько раз сладко зевнув, он заснул.

Правда вскоре он проснулся в холодном поту.

Телефон приказал долго жить, однако, наручные часы продолжали работать. Если их механизм до сих пор был исправен – проспал Леонид не более одного часа. Что ему снилось – он не помнил, но чувство нарастающей опасности в груди стало чуть сильнее.

Надо было ехать дальше.

Вновь потянулись за окном деревья искусственного леса, но теперь они уже не вызывали никаких тёплых чувств и воспоминаний. Скорее у Леонида возникло ощущение, что всё это он недавно видел и что лес в Междумирье, судя по всему, состоит из повторяющихся фрагментов какого-то реально существующего леса. А возможно, ему так только показалось, ведь ни один из запомненных ориентиров – кривой «двухголовый» холм с огромным серым валуном на вершине, поросший молодыми сосенками, старое, наклонившееся над дорогой дерево, небольшое озерцо, спрятавшееся справа от дороги, ему не встречался повторно.

— Просто такой вот скучный, однообразный лес, - пробормотал вслух Леонид, пытаясь реанимировать отказавший проигрыватель. – Может хотя бы…

Он вовремя осёкся.

«Чти Междумирье», - сказал ему Рохбен. – Или хотя бы избавь его от необходимости выслушивать свои остроты, - от себя добавил Леонид.

Прошло ещё несколько часов. Спать хотелось всё сильнее. Несмотря на то, что он находился в дороге уже достаточное количество времени – здесь, в лесу между мирами, всё также был день. Солнце всё также стояло в зените и не собиралось скрываться за макушками деревьев. Хотя… опыт работы сутками и двадцать пять… простите двадцать шесть лет, прожитых в Петербурге с его непременными белыми ночами, делал эту проблему вполне решаемой, в отличие от большинства других проблем Леонида.