Книга Тайный Санта. Невозможный подарок, страница 16 – Майя Саммер

— Места и для цветов, и для дурацкой ёлки не было, поэтому пришлось чем-то пожертвовать. Времени на раздумья было немного, гортензии очень прихотливы.

Он пожимает плечами и нагло улыбается. Я оглядываю стол в поисках какой-нибудь вещи, чтобы швырнуть в него. Но, как назло, ни стиплера, ни дырокола нет, а ручка слишком лёгкая, чтобы нанести значительный урон.

Адриан примирительно поднимает руки, но я-то знаю, что он специально это сделал!

— Не злись, Ягодка. Думал, тебе понравятся цветы.

— Не указывай мне, что делать! — рычу я — И не называй Ягодкой! Сто раз тебе это говорила!

— Ладно, ты меня раскусила! Мне нравится, когда ты злишься. — он улыбается, ведь смог в очередной раз вывести меня на эмоции — Что насчёт нашего уговора? Ты согласна?

Последняя фраза напоминала слова дьявола, который предлагает контракт на мою душу.

— Но зачем это тебе?

Мне правда интересно. Никакой выгоды от знакомства с моей семьёй он не получит, так зачем тратить время на это?

— После того, что между нами было, я просто обязан познакомиться с твоими родителями. Я же джентльмен.

И тут до меня дошло — держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Это просто способ, чтобы достать меня посильнее.

— Того, что между нами было? — усмехаюсь я — Между нами ничего нет, только обычное животное напряжение. Мы слишком много проводим времени наедине, в этом закрытом кабинете, и нашему древнему разуму стало казаться, что это что-то значит.

Адриан опускает веки, словно ему требуется минута, чтобы усмирить внутренний огонь. А потом задумчиво кивает.

— Тем не менее это моё условие. Хочешь — соглашайся, не хочешь — нет.

Его реакция слишком странная, но времени обдуматьеё у меня нет. Воронов ждёт ответа.

— Я согласна. Когда приступим к проекту?

— У тебя есть наброски? — уточняет мой конкурент.

Я настороженно вглядываюсь в его фигуру, стараясь определить не уловка ли это. Он шумно выдыхает, встаёт и подходит к моему столу.

Протягивает руку.

— Перемирие, Алина. Я предлагаю тебе перемирие на эти две недели. Никаких заговоров, подстав и подозрений.

— Как мне понять, что это перемирие не подстава?

Адриан закатывает глаза, но руку не убирает.

— Я клянусь тебе, что буду играть честно.

— Думаешь, этого достаточно?

Несмотря на подозрения, я всё же пожимаю его руку. Она теплая, сухая и от неё по моим нервам катятся нервные импульсы, вызывая мурашки по всему телу.

— Думаю, да. — он не отпускает мою руку, а наклоняется ниже и почти шепчет — А что касается провокаций, как сегодня. Продолжай, мне это тоже нравится.

Я выдираю руку из его железной хватки и принимаюсь за работу. Ежедневную рутину ещё никто не отменял! И непонятные взгляды, и грязные намёки совершенно не способствуют рабочей атмосфере.

На обед я почти сбегаю в общую столовую, где Адриан не посмеет мешать мне. Он иногда так смотрит, что я вполне могу подавиться! И умереть так ничего и не добившись в этой жизни! А меня это категорически не устраивает!

Коллеги, видя моё выражение лица, садиться рядом отказываются. Мне же лучше. Меньше народу, больше кислороду.

Провокации ему мои нравятся! Вот гад! А его провокации не в счёт? Все эти взгляды, прикосновения, горячие поцелуи… Ты не о том думаешь, Алина! Нужно о проекте думать, а не о всяких глупостях!