Книга Ведьму вызывали?, страница 19 – Ольга Шерстобитова

Мы плавно опустились на пустую поляну.

И лес мгновенно ожил. Засвистел ветер, предвещая бурю, которая бывает после любого сильного колдовства, зашумели деревья, тревожно защебетали птицы.

Я оторвалась от плеча мужчины, который меня обнимал, готовая потребовать объяснений, но поймала его взгляд и навсегда утонула в этих зеленых омутах.

Как мы добирались до избушки – не помню. Целовались чуть ли не у каждого дерева, стонали в унисон, и даже когда начался дождь, не остановились. И так сладко было, так безумно тепло от того, что между нами происходило, что даже думать о чем-то еще не хотелось.

Возле крыльца меня подхватили на руки, понесли в дом уже обессиленную, готовую к чему угодно. Но мужчина был непредсказуем. Усадил на стол мокрую и плохо соображающую меня, а потом принялся разжигать огонь. И лишь когда стало теплее, подошел, рывком стягивая с меня платье.

Разум стал возвращаться, я попыталась сбежать, но мне не дали, покрывая плечи поцелуями. И я понимала – попрошу, тут же остановится, но… не хотелось. Наоборот жажда объятий этого мужчины стала невыносима. И захотелось быть ближе, слиться с ним и снова почувствовать, как за спиной появляются крылья. Пусть не такие как у феи, а другие. Те, что дают счастье.

И я не возражала, когда меня несли на кровать, а мои руки путались в его волосах, таких мягких и тонких, словно шелковые нити. И на каждую жаркую ласку ответила тем же. И лишь раз жалобно всхлипнула, когда нежность мужчины стала беспредельной. Он тут же замер, остановился, спрашивая, что случилось.

— Не оставляй меня, – прошептала я, тут же испугавшись этих слов.

Никому и никогда их не говорила. Если такое произнесешь, то потом падать будет безумно больно.

— Никогда, – заверил мужчина, укрывая собой.

И мир стал делиться на мгновения, таять, оставляя только жар и пламя, в котором мы плавились вместе. И казалось, что мы выныривали из этой страсти только для того, чтобы хотя бы немного отдышаться, а потом снова принимались целоваться.

— Я так тебя люблю, ведьмочка моя, – услышала, уплывая в сладкий сон.

Однозначно, мне это чудится.

На руку скользнуло что-то прохладное, а потом я потерлась щекой о плечо мужчины и под его ласковый шепот и нежные поцелуи закрыла глаза.

Утро выдалось… ужасным. Уж лучше бы похмелье, чем смотреть на себя в зеркало и пытаться расчесать волосы. Да я когда на метле летала, в таком виде не возвращалась. А летала я, надо заметить, иногда почти всю ночь. Отбросила гребень, посмотрела в зеркало, вздохнула.

Губы опухшие, под глазами круги, все тело болит. И эльфа… эльфа и след простыл.

Мне не хотелось придумывать причины его исчезновению. Мне вообще сейчас ни о чем думать не хотелось. Надо просто забыть случившееся этой ночью. Одеться, умыться, перекусить, забрать плату за выполненную работу и… жить дальше.

Но почему-то безудержно хотелось плакать. И слезам я не давала течь по одной-единственной причине. Не стоит эльф без имени моих страданий. Вот ни капельки!

Я быстро собрала свои немногочисленные вещи, привела себя в порядок, позавтракала кашей и отправилась в деревню. Староста посмотрел на меня как-то странно, деньги почему-то отдал с поклоном, а когда я с ним распрощалась, поинтересовался, не показать ли дорогу.

В общем, перепил мужик. Иных объяснений у меня не было. Ведь только произнес слова, означающие, что договор выполнен, я в лесу оказалась возле своей корзины с завядшими травами. Посмотрела на нее, скинула походную сумку с плеча, села и от души поплакала.