Онлайн книга «Я тебя приворожу»
|
— Люцина, ты о чем задумалась? – тихо спросил он, обнимая. — Так… Кое-что вспомнила. Ирий вздохнул. Знал, о чем я думаю. — Все же хорошо сложилось. Еще бы! После смерти Ганса мы какое-то время бродили по городам, зарабатывая себе на жизнь. Петь я так и не рискнула, боялась еще какой-нибудь сумасшедшей ведьмы, которая случайно встретится и погубит нас с Ирием. Тогда я не понимала, что тоже стала ведьмой, и учуять меня любая из них, так же, как и забрать дар, не сможет. Даже если убьет. Так бы мы, наверное, и странствовали всю жизнь, если бы четыре года назад Ирию не удалось поучаствовать в конкурсе музыкантов, где он одержал безоговорочную победу. И для нее ему были не нужны чары! Просто музыка – это тоже магия, и она рождается из глубины души. И король, мудрый и строгий, тронутый до слез игрой Ирия, сделал его главным придворным музыкантом. — Может, переедешь во дворец? Никто тебя там не обидит, обещаю! И работу найдешь по сердцу. Я оглядела свою избушку. Родную, привычную… В ней пахло смолой и сушеными травами, развешенными под потолком. В углу примостилась кровать с разноцветным лоскутным одеялом, на столе в беспорядке располагалась посуда и флаконы с эликсирами. Последние я варила по книге, купленной все у той же ведуньи, рассказавший про дар голоса. Мне до отчаяния, до крика в горле, не хотелось обращаться за помощью к кому-то из ведьм. Понимала, они – не все зло. Но вспомнила Ганса, и сердце… Сердце тосковало и не желало прощать. И я бы рада была не ворожить, но сила требовала своего, грозила выплеснуться. А подавлять дар не станет даже самая добрая ведьма на свете, потому что отказ от него – это оскорбление богов, которые его дали. А боги умеют наказывать. Они жестоки и непримиримы. Им не объяснишь, что не желаешь быть ведьмой, спокойно прожила бы и без волшебства. Дали – и радуйся. Лишилась крыльев – виновата ты в этом или нет, живи дальше, приспосабливайся. У меня же к этому добавлялся еще и чудесный голос. И чтобы не накликать беду, приходилось время от времени что-то напевать. Эх… Жаловаться-то все равно не хочется! Уже привыкла к тому, что я – ведьма, и смирилась с даром волшебного голоса. В конце концов, все могло сложиться хуже! — Мне все нравится, Ирий, – ответила я, улыбаясь. Особенно мухоморы сушить да по болотам травы собирать в ненастные дни. — Дар голоса и отказ от крыльев изменил твою сущность, но не душу, Люцина, – в сотый раз сказал он. Эти слова я слышала от Ирия все то время, что мы странствовали вдвоем, пытаясь найти собственный угол и смириться с потерей близкого человека. Ирий вздохнул, поднял плащ, накинул. — А может… — Нет, Люцина! – строго заметил Ирий. – Тебе придется петь на королевском балу! Хватит бояться своего дара! — Но… — Он не темный, в который раз говорю! Все зависит от того, как ты его используешь! — Я… — Жду тебя завтра к пяти у Западных ворот королевского сада. — И все же… — Пришлю карету. — У меня метла есть! – возмутилась я. Ирий покосился на мое летное средство, весело хмыкнул. — Карету, как настоящей леди, – смело заявил он, игнорируя кочергу в моей руке, которую я схватила, едва речь зашла о бале. — Я – ведьма! — А кто сказал, что ведьма не может быть леди? – засмеялся он, сбегая. Несчастная кочерга попала в закрывшуюся дверь. А я, вздохнув, покачала головой. |