Книга Печать безумных. Безымянные, страница 265 – Екатерина Гичко

Какого перстня?

Лирка чуть сильнее сощурилась и выбросила лишнюю мысль из головы. И опять подумала о службе, о храме Ваирака, о малютке Миане, которая изменяется каждый день, о помощнике хайнеса, который слишком нагло лезет…

Лезет?

Лирка вновь выбросила ненужное.

Ей казалось, что плавание в глазах господина Отрота длилось бесконечно долго. На фоне продолжала рычать неугомонная Шани, мысли текли рекой, которую порой перерывала сама Лирка, выбрасывая ненужное и чуждое. Сознание пребывало в мягко-ватных тисках и иногда недовольно пульсировало. Женщина не могла избавиться от ощущения, что к её разуму прикасаются.

И на миг её накрыл ужас от осознания кошмарного могущества ментальной магии. Это не какое-то там заклятие, вынуждающее окружающих осязать не тот запах, который есть на самом деле. Это шквал, лавина, способная снести чужой разум, вывернуть его наизнанку и разорвать в клочья. И бережные «прикосновения» господина Отрота пугали ещё больше, потому что накатывало подозрение, что от более сильного «нажатия» в сознании останутся дыры.

— Всё.

Короткое слово прозвучало неожиданно, и в тот же миг стена, отделявшая реальность, пала. Лирка обнаружила, что они с лекарем сидят, прижавшись друг к другу носами. Неловко встрепенувшись, она отстранилась. Господин Отрот выпрямился и ободряюще ей улыбнулся.

— Могу поздравить. Чужого присутствия в вашем сознании я не нашёл. У вас крепкие нервы.

— Спасибо, — Лирка не чувствовала себя польщённой.

— А я могу взглянуть на предмет, который вы привезли из Хоётора?

Повисло молчание. Не глядя на хайнеса, магичка спросила:

— Я могу показать?

— Давай, — разрешил хайнес.

Женщина решительно расстегнула мундир, распахнула полы и с той же решительностью вытянула рубашку из штанов и задрала, обнажая правый бок почти до самой груди, под которой и прилипла печать, уютно свернув цепочку в кольца. Господин Отрот смущённо захлопал глазами, поперхнулся воздухом, а со стороны кушетки донеслось негодующее шипение.

— О… я… Простите, не ожидал, — глава лечебницы виновато улыбнулся, старательно отводя глаза от напряжённых мышц живота и в особенности косой мышцы, интригующе плавные очертания которой ныряли под ремень и вызывали буйный энтузиазм у воображения.

Сосредоточив внимание на печати, господин Отрот внимательно её осмотрел и осторожно попытался коснуться пальцем. Печать пребольно ударила его в подушечку искрой, и лекарь с шипением отдёрнул руку.

— Ну хоть какая-то польза от цацки! — недовольно прошипел Риш и рявкнул: — Заправляйся!

Лирка невозмутимо под его ревниво-раздражённым взглядом опустила рубашку и заправила её полы в штаны. Застёгивать мундир не стала, вдруг ещё что-нибудь посмотреть захотят.

— Что-то ещё от неё нужно? — раздражённо спросил Узээриш.

— Нет, — отозвался лекарь, потирая обиженный палец, — я посмотрел всё, что хотел.

— Отлично! Выйди и жди в приёмной, — велел хайнес женщине. — Мне нужно ещё кое-что обсудить с господином Отротом.

Магичка молча встала и, не оборачиваясь, вышла. Саврий проверил, плотно ли закрыта дверь, и Риш вопросительно посмотрел на главу лечебницы. Тот надел очки и немного озадаченно потёр лоб.

— Я действительно не нашёл в её сознании чужого присутствия. И следов этого присутствия тоже, — судя по осторожному тону, лекарь всё же что-то нашёл. — У юной госпожи на диво хорошие, чёткие мыслесвязи и крепкие нервные связи. Она очень хорошо контролирует своё сознание и отслеживает свои ощущения. Вообще-то в момент соприкосновения сознаний она не должна была со мной говорить. Большая часть моих пациентов в процессе соприкосновения теряют себя, не осознают и ничего не помнят. В очень редких случаях больной… Простите, но я обычно работаю только с больными оборотнями. Так вот, в очень редких случаях больной осознаёт, что с ним что-то происходит.