Книга Печать безумных. Безымянные, страница 243 – Екатерина Гичко

«Обидься,— посоветовал Иррес. — Нормальные женщины на такое обижаются».

«Откуда тебе знать, на что обижаются нормальные женщины?»— удивился господин Наэш.

— Как я вижу, интерес у него с годами не прошёл, — Викана как-то сильно зацепила эта тема. — Слышал, отучился на артефактчика, сейчас ходит в личных учениках. Весьма способный, родственники прочат ему место мага при дворе. Но родичи у него те ещё снобы…

Мужчины, не сводя глаз друг с друга, раскланялись. Ханён, подражая им, тоже поклонился Орлиду, и тот во всей серьёзностью ответил на поклон, вызвав у мальчика гордый румянец.

— Нам пора, — Лирка схватила Ханёна за руку и торопливо направилась в сторону ворот.

Викан с трудом оторвал любопытный взгляд от Орлида и последовал за ней.

В дом главы Вотых Узээриш приехал не в самом хорошем настроении.

— Как мы рады видеть вас в нашем скромном гнезде, Сильнейший, — домоправитель Фоший вышел хайнесу навстречу, стуча деревянной ногой по ступеням. — Господин Шерех, уж простите, сам навстречу выйти не смог. Нездоровится. Весь день сиднем просидел в кабинете, письма какие-то перечитывает и перебирает. Энтим делом он всегда занимается, когда боли головные накатывают. Что ж тут, возраст…

— А госпожа Жадала? — опасливо уточнил Узээриш, приобнимая домоправителя за плечи.

Строгую госпожу дома Вотых Риш опасался с малолетства. Противиться ей он не имел никакой возможности и всегда чувствовал себя нашкодившим внуком.

— Занята гостьей, не до того ей, — успокоил его Фоший. — Я вас до кабинета утайкой проведу. Но обратно уж извольте оказать честь и поздороваться. А лучше остаться на ужин или хотя бы травяного настоя отпить.

— Ну это как дела позволят, — протянул Риш и кивнул на идущего позади Саврия. — Оборотень я подневольный, куда погонят, туда и пойду.

— Против госпожи Жадалы я не пойду, — предупредил помощник.

Как и обещал, Фоший провёл их через весь дом тихо, не оповещая никого о прибытии важной особы. Постучал в дверь кабинета господина и, дождавшись разрешения, сам распахнул створку, препровождая гостей внутрь.

— Риш, рад тебя видеть, — господин Шерех приподнялся со своего места.

Выглядел старый консер довольно бодро. Но напряжённые брови не успели быстро разойтись, и Риш отметил, что всесильного старика что-то беспокоило.

— Фоший сказал, что вас мучают головные боли, — Риш умостился в кресле. — Что-то серьёзное?

— От таких внуков всегда голова болит, — отмахнулся Шерех. — Иреха̀н и Юда̀ри затерялись где-то в Многоимённых лесах. Вторую неделю вестей от них нет. То ли заплутали, то ли смерть где приняли. Ничуть не заботятся о дряхлом сердце деда. Вот просматриваю последние письма от них… и так, ещё кое-что выискиваю.

Риш мигом зацепился за «кое-что». Он бы не удивился, узнав, что Шереха беспокоят вовсе не непутёвые близнецы, которые как-то в провинциальном Ба̀йрине умудрились затеряться на трое суток.

— Так, может, я помогу найти кое-что? — Узээриш приподнял брови.

— А я уж думал, что это тебе, мальчик мой, надо кое-кого найти, — проницательно заметил Шерех, — просто так тебя же в гости не зазовёшь. Вот и начал перебирать письмишки.

— Значит, голова у вас болит из-за меня, — улыбнулся Риш.

— За внуков я переживаю больше, — улыбнулся в ответ Шерех. — Слышал, по бывшим хоёторским землям выплывают проблемы? Опять сподвижники за отсоединение появились? За это на Рышныев облавой пошёл?