Книга Печать безумных. Безымянные, страница 16 – Екатерина Гичко

— Господин-господин, — зачастил хозяин ремесленной части, споривший с рыжим Эзыем, — канал нам позарезу нужен!

— Тебе этот канал ещё два года назад был нужен, — жёлтые глаза прищурились. — Деньги выделили — канала нет.

— Так нужда другая…

— На другую нужду ты у гавария стребовал. Или думаешь, я далеко сижу и ничего не вижу? Или память у меня дырявая?

Из-за спины хайнеса вскинул холодный взгляд господин Саврий, безмолвно говоря, что он-то всё помнит и всё записывает.

— Пока деньги не найдёшь, от должности отстраняешься, — вынес решение хайнес. — А если не найдёшь, то искать будут уже мои оборотни и отместка тебя будет ждать по закону.

Оборотень побелел, а рыжий Эзый уставился на него с мстительным прищуром.

Но хайнес добрался и до него.

— Ты на что деньги пустил, которую на мостовую дали, а?

— Так как же… — растерялся оборотень. — На мостовую. Вона наши ребята её и клали.

— Которую через полгода паводком смыло? — ехидно изогнул белые брови Узээриш.

— Как поклали, так и смыло, — хехекнул кто-то.

— Так непогода ж, — пытался оправдаться рыжий. — Ребята-то всю душу вложили. Руки у них золотые…

— Ну так руками бы и клали, — один из трущобных хозяев насмешливо хохотнул.

— Ты вместо того, чтобы деньги своим отдавать, хороших мастеров поискал бы, — холодно отозвался хайнес. — Ремонт за ваш счёт, деньги не дам и гаварию запретил. Тишка̀н, — Риш повернулся к хозяину таверны, — налей-ка ещё.

Тот наполнил стакан хайнеса, и Риш продолжил:

— Вам деньги дают на добротное хозяйствование, а не чтобы вы всех родственников подкармливали. Вон, спросите у госпожи Пандар, кто ей работу делал. Как мостовую перед домом положили, так ей и сносу нет уже пять лет.

— А кто делал-то? — полюбопытничал Тобий. — И дорого ли?

Госпожа Пандар вытянула трубку изо рта, и сизый дым заклубился над высокой причёской из чёрных волос.

— Госпожа, — тяжело обронила оборотница. И ещё более весомо добавила: — Бесплатно.

— Боги! — Узээриш встрепенулся в наигранном ужасе. — Надеюсь, мостила не врагами?

— У нас есть деньги на камень, — снисходительно обронила домоправительница.

— Уважаемая госпожа Пандар, а вы сегодня ещё не осчастливили нас своими требованиями.

— Так я, — оборотница запустила руку в глубокое декольте и изъяла тщательно скрученный список, — люблю, когда меня слушают, а не галдят на уши.

Верёвочка распустилась, и конец свитка упал на бёдра женщины.

— А вы с нами надолго, — оценил Узээриш.

Сидеть до самого утра в таверне Риш не стал. Дел действительно было много. Нужно было успеть вернуться во дворец, переодеться и подготовиться к собранию с консѐрами[3] Салеи.

— А неплохая ночь вышла, — удовлетворённо протянул Риш.

Саврий молча кивнул, продолжая в сиянии светляка заносить какие-то записи.

За что Риш любил собрания с хозяевами города, так это за слухи и сплетни, которыми те начинали обмениваться, уже слегка запьянев. Ну и столь тесное общение с простыми подданными сильнее располагало к нему народ. Он мог прийти в тот же «Дремучий Жаанидый», и хозяин по-свойски поделится с ним новостями: как-никак не чужой. Можно даже не опасаться, что сказанное уплывёт в сторону того, про кого сплетни ходят. Хайнес языком как помелом не мелет.

— Эй, Сильнейший, — Тишкан склонился к уху Риша, — отойдём на пару мгновений.