Книга Печать безумных. Безымянные, страница 135 – Екатерина Гичко

— Я даже не знаю, с чего мне начать, — Узээриш хмыкнул. — С извинений или вопросов.

— Пока можно одеться, господин, — подошедший Онт почтительно протянул принесённое одеяло, посчитав, что этим поможет Лирке даже больше.

Наверное, зал проповедей не видел ещё столь вызывающе одетого прихожанина. Узээриш сидел на скамье на заднем ряду с намотанным на бёдра одеялом и следил взглядом за Лиркой, которая, стоя у алтаря, тихо разговаривала с главным жрецом. Одет был тот тоже не очень подходяще для чтения проповеди. В одних только портках, да прикрывая грудь свёртком из одеял, из которого доносилось невнятное кряхтение.

— И чего тебе хвост никто не выдер? — прорычал Риш, едва размыкая губы.

Глаз от девушки оторвать он не мог. Птица внутри не давала, заставляя пристально следить за самочкой, которую они… он выбрал для ухаживаний. Вокруг столько заинтересованных самцов, а на ней слишком мало перьев… тьфу ты!.. одежды!

— Жених! — продолжал ядовито шипеть Риш.

Сов отозвался презрительным клёкотом. В его глазах Узээриш уже пару недель был недосамцом. Как эта перина истрепала ему нервы! Каждый раз, стоило Ришу подумать, что неплохо бы расслабиться в женских руках, сов вскидывался и радостно подкидывал картинки одной кудрявой неулыбчивой барышни, из-за которой у него несколько дней челюсть ныла. Вот и сегодня Узээриш наконец решил добраться до милой знакомой, но стоило только перекинуться в кабинете, как истомлённая отказами птица оттеснила его, забрала весь контроль и с радостным уханьем понеслась расслабляться.

Расслабились на славу!

— Ещё и ребёнка напугал, — попробовал Риш пристыдить вторую половину.

Сов блаженно прижмурился. Самочка с птенчиком… Узээриш с тихим стоном тряхнул головой, избавляясь от оков инстинктов и звериных желаний.

Когда Лирка попыталась забрать у жреца свёрток, из одеял полился негодующий плач, и господин Руахаш мягко, но решительно оттеснил женщину, прижав младенчика к груди. Он повернулся к хайнесу спиной, и тот увидел крошечное сморщенное личико. Ребёнок тут же уткнулся кнопкой-носом в крепкое плечо жреца и присосался к коже губами, обильно пуская слюни.

— И что это за прелестная кроха? — сам у себя вслух поинтересовался Риш.

— Это Золотинка, — донёсся свистящий шёпот из-под скамьи.

На секунду замерев, Риш согнулся, заглянул под скамью и столкнулся с блестящими чёрными глазами.

Глаза горели на белом личике, а само личико будто висело во тьме без тела. Мужчина только пару секунд спустя различил чёрную шкуру, в которую завернулся сообразительный пацан.

— Тихо, не выдавайте меня, — попросил мальчик, — а то мама будет злиться.

Риш бросил взгляд на озабоченно хмурящуюся Лирку и снисходительно посмотрел на пацанёнка.

— Думаешь, не чует?

— Не чует, — самодовольно заявил «лазутчик». — Я так не первый раз делаю. Это моя шкура-невидимка, — он чуть сильнее натянул своё «одеяние». — Не пяльтесь, а то выдадите.

Хмыкнув, Узээриш выпрямился и расслабленно забросил ногу на ногу.

— Хорошо. А кто такая Золотинка?

— Моя сестра, — с готовностью прошептал мальчик. Его даже радовало, что он может с кем-то поболтать, пока соглядатайствует. — Моя мама — её мама. А господин Руахаш — её отец.

— Что⁈ — Риш едва со скамьи не сверзился и с трудом подавил желание залезть к мальчишке, чтобы обстоятельно допросить. — Когда они успели?