Книга Печать безумных. Пророчество, страница 76 – Екатерина Гичко

Правда, отчего-то вообразились и погано ухмыляющиеся Ёрих с Нарием и явственно запахло говном. Фу, пошли вон, подлецы! Дориний свернулся ещё сильнее, будто пытаясь защитить телом крошечный воображаемый мирок.

— Ты говорил с Господами?

Маг навострил уши. Расположившиеся на другой половине хоёторцы не так часто переговаривались в его присутствии, но из-за невозможности выйти им приходилось порой перебрасываться фразами рядом с ним. Говорили они по-хоёторски, но он-то понимал. И кое-что интересное вчера услышал…

— Да, — он узнал тяжёлый голос шамана. — Господа велят поторопиться и принести им печать.

— Теперь это будет проще.

Прошлым днём хоёторский воин выходил в город как углядатай, и ему так повезло, что он стал свидетелем того, как Лирку ранили. Жаль, что вообще не убили, но тогда бы их задача осложнилась: печать могла попасть в чужие руки. Дориний, конечно, слышал про жреческие печати, но особо ими не интересовался. Цацки и цацки.

— Она сейчас в доме какого-то важного оборотня, — продолжал воин. — Охрана там хорошая…

— Мы пройдём, — уверенно заявил шаман. — Господа не зря отправили именно нас. Значит, у нас есть силы для исполнения их воли.

Повисла тишина. Дориний надеялся, что скажут ещё хоть что-нибудь, чтобы укрепить его в предположениях, и боги услышали его мольбы.

— Но почему печать могут взять только шаманы? — вопрос прозвучал очень осторожно. — Нет, я не думаю…

— Думаешь, — беззлобно фыркнул шаман. — Мы владеем силами, которые угодны для избранников Господ. Ты можешь взять её, но умрёшь на месте. Поэтому, если хочешь жить, не смей трогать её. Господа избрали меня её владельцем, и мне нести её назад.

— Я не думал трогать то, что Господа определили священным, — с достоинством отозвался воин. — Но разве обладателю печати не даются силы?

— Даются, даются огромные силы!

Дориний замер в предвкушении.

— Силы неиссякаемые! Но если не умеешь ими пользоваться, то они тебя пожрут.

Вот как… Шаманы те же маги, значит, силы у них те же самые, что и у него, Дориния.

— Но если умеешь, то никто уже не сможет отнять у тебя полученное могущество.

Перед глазами мага замелькали заманчивые картины будущего. И он даже не обратил внимание на заполошные крики птицы, оставившей пение ради изгнания какого-то кота.

Сидящие у стены хоёторцы отвели взгляды от напряжённой спины мага и насмешливо улыбнулись друг другу.

В «Дремучий Жаанидый» Риш вошёл, прицельно осматриваясь, выискивая одно знакомое лицо, которое и нашёл в окружении ещё парочки знакомых.

— О, дарен! Саврий! — Викан, выглядевший ничуть не лучше хайнеса, только заросший сильнее как волосами, так и щетиной, радостно им улыбнулся.

Сидевшие рядом с ним Ёрих и Нарий напряглись.

— Видеть твою рожу не хочу, — закатил глаза Риш, усаживаясь на стул за тем же столом, — но надо.

Тишкан подтащил ещё один стул для Саврия раньше, чем тот успел озаботиться сам.

— Погано вы, Вотые, охрану несёте, — неприязненно бросил Узээриш. — Я вам одного из двух магов доверил, а вы и за тем не уследили. Как мне теперь без мага жить?

— Как и раньше, — не смутился наглец. — Ребята на консери отвлеклись и господина Цавия. Тот больно подозрительно себя вёл. В карету сел, а уезжать не уезжал, будто чего-то ждал.

Ну и дождался. Риш хмыкнул, со злым удовольствием вспоминая, как подписывал приказ о ссылке на каторгу в Рирейские горы на пятьдесят лет. Увы, более по закону не полагалось.