Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 94 – Екатерина Гичко

А-ара укачивала её в объятиях и в мыслях молила, чтобы Го… чтобы кто-нибудь послал То-нии слёзы, чтобы она могла выплакать боль и обиду.

— Что с нами произошло? Что там было, после того как он меня убить хотел? — жадно спросила То-нии. — Зачем? Чего он от тебя хотел?

Больше всего А-ара боялась услышать обвинения от То-нии. Услышать, что их хлипкая жизнь разрушилась из-за неё, так не вовремя нашедшей печать Господина. Но То-нии была мудрее неё даже в своей ярости и обиде.

— Ёта ни перед чем не остановится, — губы То-нии зло дёрнулись. — Он бы и сыновей своих убил, если бы польза была. Нет, тварь эта просто так никого не мучает и не убивает, от чужой боли удовольствия ему нет. Он что-то хотел! — она яростно растёрла розовую полосу на своей шее. — И ведь почти убил меня!

— Это моя вина, — всхлипнула А-ара и всё-всё рассказала, не утаив ничего.

То-нии смотрела на неё широко распахнутыми глазами, и на лице её мелькали недоверие и даже страх. Но они быстро сменились злым весельем.

— Ха! Значит правдиво судачили в становище, что не хотел Ёта быть жрецом нашего Господина, — ядовито хмыкнула То-нии. — Выше метил, да противиться воле избравшего силёнок не хватило. Помнишь, как крысаков били, когда они жреца нота-са прикончили? Ёта тогда по Лесу рыскал в поисках его печати. И наверняка не помнил, что нота-са наши кровные враги. А зверился-то, зверился на них как! Ах, знали бы бабы, чему завидуют! Пф-ф-ф! Хорош собой! Не бьёт! Силён да место занимает второе после жреца! Твёрдых намерений и мыслей! А на поверку вся его хорошесть дерьмом оказалась!

А-ара молча слушала изливания То-нии. Ту, казалось, совершенно не поразило её признание в том, что теперь рядом с ними Второй Господин Арван-Ё. Ёта занимал её мысли куда больше. А-ара сама не могла изжить в себе гнев и презрение к мужу, но То-нии, которой тот перерезал шею, наверняка ещё тяжелее.

То-нии вскинула голову и уставилась на переплетённые ветки, часто-часто моргая, пытаясь удержать слёзы в себе. Но всё же зажмурилась и разрыдалась.

— Я не хочу носить его ребёнка в себе, — призналась она, и А-ара лишь крепче стиснула её в объятиях. — Не хочу. Как подумаю, что мы выживем, выкарабкаемся… и родится у меня дочь… И… — То-нии задохнулась. — Я сейчас даже рада, что у меня родился мёртвый сын!Рада, что не принесла в этот мир ребёнка, который никогда не сможет себя защитить и которого никто не защитит… Ненавижу, ненавижу их всех! Одни творят что хотят, другие терпят, а третьи злобятся и становятся похожими на первых. Знаешь, я вот сказала про женщин скаана-са, но не сказала до конца. Ты видела их, знаю, что пробиралась к ним, чтобы послушать. А я смотрела, смотрела, а потом подумала: почему они, такие сильные, не поменяют порядки? Они или слабы, чтобы поменять весь Хоётор, или их всё устраивает. Или боятся, что изменения разрушат и их порядки.

«Мозги у неё есть»,— удовлетворённо протянул Господин.

— Все цепляются за своё, устоявшееся, — продолжала То-нии. — Когда неплохо живёшь, к лучшей жизни уже боишься идти из страха потерять то, что есть, — она зло усмехнулась. — Я тоже так жила! Точно так! Ты думаешь, почему все про мёртвых сыновеймолчат? Да разве изменится что-то, скажи мы? Будет кто-то заступаться за наших детей? Уберечь бы тех, что есть. Я… — голос То-нии дрогнул. — Сперва ужасно злилась за других жён. На старшую особенно. Проклинала их. А потом, когда родился сын, поняла. Всё поняла! Ведь если я потеряю эту жизнь, то другой просто не будет! Вот у нас её теперь нет, — То-нии отчаянно посмотрела на плачущую А-ару. — Всё осталось там, в становище. Наша худая жизнь, но то хотя бы жизнь! А что у нас будет теперь?