Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 37 – Екатерина Гичко

Риш перевёл взгляд на Ирреса, замершего на пороге.

— Чего? — недовольно отозвался тот. — Ты хотел спать с Лиркой в одной комнате? Ну вот спи теперь!

Крохотное сердечко продолжало размеренно стучать в груди. Теперь его пульс был единственной заботой А-ары, которая не знала, что делать дальше. Подняв голову, женщина с отчаянием посмотрела на бледный лик волчака, заглядывавшего в прореху в крыше, и беззвучно зашевелила губами, обращаясь к нему с мольбой. Но почти тут же плотно сжала губы. Ей не к кому было обратиться за помощью, а упоминать Господ она боялась даже в мыслях. Она и на старое капище пришла лишь потому, что его считали проклятым местом, обделённым вниманием Господ. И, похоже, поступила правильно, ибо голос в голове дрожал от испуга и угрозами и мольбами пытался вынудить её найти другое пристанище.

А-ара очнулась в Арван-Ё глубокой ночью. Судя по положению светил — те сдвинулись по небу на какую-то пядь, — в бессознании она провела не так уж много. Опомнившись, она тут же прижалась ухом к спинке куницы и с радостным изумлением услышала стук сердца. Впрочем, радость длилась недолго. А-ара сразу осознала весь ужас той безысходности, в которой оказалась. Единственная радость — рана на шее То-нии затянулась, и шёрстку зверя стягивала короста, к которой А-ара боялась прикасаться, чтобы не пустить кровь вновь. Она и не знала, кого или что благодарить: то ли невероятную звериную живучесть, то ли собственные силы… Но То-нии продолжала дышать. Правда, так и не пришла в себя.

А дальше перед А-арой встал… выбор?

Вся горечь осознания была в том, что не было даже выбора. Хоть какого-то, самого плохонького! Им некуда было возвращаться. Некуда идти. Не было ни единого живого существа, которое могло бы приветить их и оказать хоть какую-то помощь. Остаться на земле салея-са? Девушку подёрнуло томительным ужасом. Про соседа часто говорили пренебрежительно, но и о творящихся здесь ужасах любили почесать языками. Сторона совершенно незнакомая, чуждая и страшная! Они точно здесь умрут. Но и в Лесу в одиночку может выжить только бывалый охотник или шаман. А они…

Слёзы подступили к глазам, но А-ара поднялась на ноги, прижимая к груди тёплое тельце То-нии, и, шатаясь, направилась прочь. Дорогу к гигантскому пруду она нашла не сразу: путь немного изменился из-за обвалившихся стен. Испуганно озираясь, девушка торопилась покинуть страшное место — могилу славного города Арван-Ё. О, теперь она была уверена, что эти развалины именно могила, как то самое старое капище, которое суеверно обходили стороной.

Пока она спускалась по лестницам, ей всё время чудилось, что за ней кто-то идёт. В столь густой тьме девушка не могла ничего толком рассмотреть — как же ужасна ночь в землях салея-са! — и ещё больше торопилась и спотыкалась. Иногда А-аре чудилось, что позади кто-то хрипит, и страх постёгивал её ещё сильнее. Добравшись до лошадей, она хватила первую попавшуюся и едва не умерла от страха, услышав мужские голоса, доносившиеся откуда-то с другой стороны пруда. Звучали они непонятно и, отражаясь от водной глади, ещё и очень жутко. Вскочив в седло, А-ара пустила лошадь в ночную тьму, не выбирая дороги. Благо умная животина помнила путь, и волчак даже на ноготь сдвинуться не успел, как перепуганная девушка оказалась на окраине травяной реки, тёмной полосой отделявшей Лес от грани мира. Ей всё ещё чудилось, что кто-то следует за ней, и А-ара, не думая о том, что её могут заметить охранители грани, пустила лошадь во всю прыть к светящимся деревьям.