Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 385 – Екатерина Гичко

— Ты в чьи залез⁈ — донеслось ему в спину рассерженное. — Это же не наш!

— Да какая разница? Я и через эти уже ходил.

— Вы-то куда лезете, бесполезные? — разъярился карлик.

— Ага, доверим мы вам спасение нашего господина Руахаша, — Леший в ответ пренебрежительно фыркнул.

— Как бы вас спасать не пришлось! О нет, вас никто и не будет спасать!

За Лешием осторожно выглянул Нарий, а его в плечо пихнул Викан.

— Меня пропустите. Я тут единственный, кто дорогу знает.

Решение принимали быстро. И согласились, что идти всем скопом бесполезно и рискованно. Пошли только маги, хаги и те, от кого мог быть хоть какой-то толк в незнакомом месте, — те, кто успел побывать в Вано-Ё. Недовольный Мхян вышел из ворот господина Исхедиара в компании своего Господина. Он изо всех сил пытался убедить духа земли остаться в Рото-Ё, но тот не хотел его даже слышать. По крайней мере, расфокусированные зрачки говорили о том, что дух не хочет видеть реальность и слышать её наверняка тоже.

— Силы Аххентара действительно можно использовать, чтобы открыть сферу Многоликой? — спросил До-рани-хи у Атраша.

— Вряд ли. То есть… — дух поморщился. — Может, и откроет, но слиться со своим даром Идоара так просто не сможет. Хозяин озаботился тем, чтобы безумцы не вернули себе силы раньше, чем он посчитает нужным сам их вернуть. Силы духа… Это часть нашего тела. Это как если бы у тебя оторвали руку и забрали. Но ты её вернул и хочешь прирастить обратно.

— Тогда почему она хочет её открыть? — не понял Мхян.

— Она безумна, — До-рани-хи с досадой посмотрел на парня. Мол, что за глупость ты спрашиваешь?

— Сумасшедшим сложно принять реальность такой, какая она есть, — добавил Атраш. — В их картину мира постоянно вкрадываются их собственные домыслы. Нелогичные, но они этого не видят и не понимают. Сами себе они могут объяснить и доказать то, что считают правильным, но их объяснения трезвому рассудком покажутся бредом. Идоара помешана на собственном предназначении. Она и чужие силы собирала с мыслью, что сможет использовать их, чтобы сделать мир прежним, хотя в нынешнем состоянии она этого не может. Она была разделена с собственным даром едва ли не одной из первых.

— Это Истаридан, что ли, так с ней поступил? — недоверчиво спросил Иррес.

— Никто, кроме него, не был на это способен, — сухо ответил Атраш. — Идоара могла только собирать силу, которая вырывалась на свободу после смерти духов. Или забирать то, что отдавали добровольно. Но после того, как Хозяин попался в её ловушку, она добралась до его хранилища и забрала всё то, что успел собрать он. Она даже не понимает… Нет, она не хочет понимать, что среди собранных им сил есть очень опасные, которые лучше вообще не выпускать. Они не могут после освобождения сразу слиться со своими прежними хозяевами и способны принести огромный вред. Сила того же Аххентара может погубить всё живое в Хоёторе. Хозяину пришлось после смерти Аххентара наложить ограничение на его силы, чтобы они не влились в потоки мира. А уже Идоара закрыла их в сферу.

— Эй, это ж получается, что если сейчас силу выпустят, то… — Мхян испуганно распахнул глаза.

— Обычно после смерти духа его сила отходит к миру. Но Аххентар сотни лет собирал в своём теле яд. Он очень мучился в своём безумии, — в голосе Атраша проскользнуло сожаление. — В какой-то момент ему вдруг показалось, что если Хоётор исчезнет, то станет хорошо. Нет, не совсем так. Если исчезнет Хоётор и все безумцы с ним.