Онлайн книга «Печать Безумных. Белое и Чёрное»
|
Втекает в нравы, быт. Не потому ли здесь всё Так язвами болит? Вспомнилось самое страшное — «мёртвые сыновья». Лицо Ёты покрылось язвами. А-аре почудилось, что коросты наросли на её ладонях, а, когда она посмотрела на То-нии, то увидела, что из-под ворота платья сестры тянутся спёкшиеся блямбы болячек. Смотри. Все эти смерти Растут в твоей душе! Ты вырос в этой вони! Ты вырос в этом зле! И по губам То-нии расползлась мрачная улыбка. Она слушала пение Господина с пугающим спокойствием, словно оно никак не влияло на неё. И действительно не влияло. В её недолгой жизни было слишком мало хорошего, чтобы эти воспоминания могли проснуться. И слова о покрытом мёдом небе она слушала, как сказочку для деток. И вот сейчас она наконец слышала слова правды. Той правды, в которой всегда жила. Смотри, как ты ничтожен, Смотри, как жалок ты!.. Теперь взгляни на небо… Полно в нём чистоты. А-ара привыкла чувствовать себя жалкой и ничтожной даже в сравнении с другими смертными, что уж говорить про недосягаемое небо. Нет крыльев, что доставят Тебя к его воде. Ты вырос в мертвечине И задохнёшься в зле! Последнее прозвучало, как проклятие. На миг А-арой овладело отчаяние. Они забрались так далеко в надежде, что получится изменить свою судьбу, получится выжить и подняться немного выше, но выходит, что они никогда не смогут оторваться от этой пропитанной кровью многочисленных войн земли. А потом она вспомнила бьющий в лицо ветер, проносящиеся внизу шапки Леса и облака, висящие так низко, что чудилось, будто к ним можно прикоснуться. И на душе чуть-чуть посветлело. — Вот он, — усмехнулась То-нии, — жалкий и ничтожный. Только и может ныть о своих страданиях. И на неё удивлённо посмотрела не только А-ара. Мальчик-бог вскинул на женщину изумлённый взгляд и растерянно заморгал. — Надо же, — он казался почти расстроенным. — Смертные обычно не понимают, что он поёт о себе. — КАК ТЫ ПОСМЕЛ⁈ От прогремевшего за пределами Дома Духов рёва у А-ары чуть не разорвалось сердце. Руахаш едва успел сгрести их с То-нии в охапку и отскочить в сторону, как двери распахнулись и внутрь ворвался вихрь дыма, в самой сердцевине которого будто бы лава плескалась. Мальчик-бог в ужасе закрыл голову руками и присел, но ворвавшийся Господин не обратил на него внимания. Вихрь подлетел к пролому в стене, и на его месте появился высоченный мужчина с длинными белыми волосами и ужасно искажённым, постоянно дёргающимся лицом. Он с ненавистью уставился на нагло ухмыляющегося Расххеридана, и с его пальцев вдруг закапало что-то красное и дымящееся. За его спиной тряс головой, приходя в себя, обычный смертный. Точнее, скорее всего жрец. Тоже беловолосый, с худым злым лицом. Казалось, он не совсем понимал, что происходит. Но, увидев, Второго Господина Арван-Ё, он сперва застыл в изумлении, а затем бесстрашно бросился к статуе и разъярённо закричал, увидев в оттиске печати своего Господина золотую цепь. — ЭТО МОЁ МЕСТО! МОЁ! — орал законный хозяин. — РЕШИЛ ПОЗАРИТЬСЯ НА ЧУЖОЕ? НЕ СМЕЙ!!! — Чужое? — ласково пропел Расххеридан. — Когда вы за моей спиной делили Арван-Ё, он был для вас чужим? Вы помнили, что это МОЁ МЕСТО? Итраид заревел в бессильной ярости столь громко, что Дом Духов в очередной раз сотрясся. Вскинув руку, он метнул в Расххеридана сгусток жидкого огня. Яркие красные капли расплескались в разные стороны, на месте их падения тут же вспыхнул огонь. Он с жадной быстротой пополз по деревьям, и за пределами Дома Духов послышались крики. |