Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 148 – Екатерина Гичко

Леший некоторое время висел в воде и с удивлением осматривался. Прошлый раз ему было не до любования подводными красотами, брата вытаскивал, да и глаза заливало. А сейчас он не мог перестать разглядывать открывшиеся виды. Будто в другом мире оказался. Несмотря на ночь, здесь было довольно светло из-за сияния собственно болота и клубящегося над ним тумана. Вся слякотная топкость осела на дно, и вода была мутновато-зелёной, но всё же достаточно прозрачной, чтобы полюбоваться раскинувшимся внизу миром.

Из самого дна вверх тянулись купола, похожие на грибные шляпки, а между ними иглами взмывали шпили, когда-то острые, а сейчас поломанные и сильно заросшие зеленью. Они дрожали в толще воды подобно чёрным теням, уходили вдаль, туда, куда не могло дотянуться зрение оборотня, и походили то ли на живое существо, переродившееся во что-то опасное и страшное, то ли на скелет этого существа. Между шпилями искрами сновали мелкие костлявые рыбки, как-то выживавшие в болоте, да дрожали длинные листья водорослей.

Слушая рассказ странного Лиркиного сожителя, Леший как-то особо не проникся судьбой древнего заброшенного города. Но вот сейчас, когда увидел его воочию, почувствовал сожаление. Такое величие, труда наверняка стоило немалого, а теперь гниёт на болотном дне, и смертные о нём даже не вспоминают. А, казалось бы, такая красота и мощь должны были остаться в истории навечно и жить в песнях и сказаниях.

Ширан подёргал его за ногу и указал пальцем вниз. И Леший мигом забыл о городе, увидев вскинутую каменную руку. Ох, если бы его такое за ногу «схватило», он бы точно на месте осрамился!

Они спустились ниже и внимательно осмотрели высокий постамент. Тот, похоже, был на две трети скрыт в болотной хляби. Мужчины сунулись было в неё, но лезть слишком глубоко не рискнули. Поднявшись к голове статуи, Леший как смог очистил её и с некоторым недоумением осмотрел. Черты лица уже истёрлись, нос едва выступал, но вот губы хорошо сохранились, как и клыки, которые выпирали из верхней челюсти. Вместо волос голову и плечи покрывали то ли змеи, то ли верёвки какие-то. Как-то не очень похоже на Господина Ваирака. Хотя боги-то наверняка могут принимать любой угодный им облик.

Увы, но на постаменте не нашлось ничего кроме ярко блестевшей чешуйки в монету размером. Какой рыбине такая могла принадлежать?

Вдруг послышался странный гул. Вода задрожала, задвигалась, и мужчины обеспокоенно заозирались.

«Ах ты, тварь!» — беззвучно выругался обалдевший Леший, увидев в воде ту самую драконоподобную крылатую зверюгу, встречи с которой они опасались.

Но опасались встретить её на берегу. А она, судя по всему, замечательно чувствовала себя и в воде. Треугольная, вытянуто-острая голова повернулась в их сторону, круглый зрачок расплылся почти на всю радужку, и тварь раскрыла пасть, полную мелких острых зубов, и погребла крыльями к ним. А затем прижала их к бокам, и куда быстрее поплыла вперёд, извиваясь всем своим тощим телом подобно рыбе.

Мужчины бросились к ближайшему куполу и едва успели нырнуть под него в маленькое окошко. Ящерица яростно забулькала, попыталась засунуть внутрь свою маленькую голову, но Ширан и Леший каждый со своей стороны ткнули ей в глаза, и она мигом отпрянула, взбешённо мотая башкой. И закружила в водяной толще, как в воздухе, размахивая-загребая крыльями. Раздосадованная тем, что добыча спряталась, тварь заложила пару кругов вокруг статуи, затем схватила что-то лапами, протащила и швырнула на топкое дно.