Книга Наагатинские хроники, страница 41 – Екатерина Гичко

— Будешь слушаться дедушку Дела? – тихо спросил у дочери Дейш.

Малышка Амарлиша только глазами хлопнула и улыбнулась ещё шире, демонстрируя все имеющиеся у неё зубки. Несмотря на энергичность, любознательность и стремление залезть в каждую дыру, этот ребёнок почти не говорил. Сказывался, похоже, характер матери.

Дейш поправил на девочке платьице, ещё раз посмотрел на сына, проверяя, спит ли он, и направился к двери.

— Это надолго? – обречённо спросил Дел.

Дейш обернулся, очень хитро улыбнулся и заверил:

— Мы быстро.

И выполз за дверь. Дел только скривился. Ему слабо верилось, что Дейш отпустит Дариласу в ближайшие часов пять. Из-за Лейлаша, который поднимал крик, если мама вдруг покидала его, Дейшу и Дариласе стало труднее находить время для уединения. Но страдал из-за этого почему-то Делилонис, которого слишком часто выбирали в качестве няни.

Делилонис покосился на Амарлишу. Девочка, лопоча под нос что-то на своём языке, хлопала ладошками по деревянным пластинам пола. Звук выходил громкий, и наагариш поспешил достать из ящика кипу чистых листов и маленькие горшочки с цветной краской. Специально для Амарлиши держал. И разложил свой хвост так, чтобы спящий Лейлаш был по одну его сторону, а не в меру энергичная Амарлиша по другую.

Убедившись, что девочка занята бумагомаранием, Делилонис вернулся к своим делам. Но он довольно часто отвлекался на ребёнка, рассматривая её.

Амарлиша вызывала у него вечное удивление. Лейлаш тоже, но по отношению к мальчику это удивление было не таким уж и сильным. Делилонису казалось странным, что эти дети так похожи внешне на его друга. Вообще очень странно осознавать, что у Дейша есть дети. С Риалашем было просто: мальчишка был очень сильно похож внешне на мать, поэтому «отцовство» Дейша в глаза не бросалось. Но Лейлаш и Амарлиша потрясали своим сходством с отцом: оба зеленоглазые, черноволосые, и черты лица такие же.

И вот самым странным Делилонису казалось наличие миниатюрной копии Дейша в женском облике. Это было так странно, что наагариш невольно искал на лице девочки черты Дариласы. И постепенно убеждал себя, что Амарлиша – копия своей матери. И в итоге, несмотря на то, что все вокруг говорили о невероятном сходстве Амарлиши с отцом, Делилонис считал, что она необычайно похожа на Дариласу.

Девочка усердно вазюкала кистью по бумаге, Лейлаш тихо сопел, и Делилонис спокойно вернулся к работе, надеясь, что мальчик в ближайшее время не проснётся. Через некоторое время Амарлише, похоже, надоело рисовать, и она начала ползать по комнате. Делилонис убедился, что девочка не может преодолеть его хвост – не дай боги брата разбудит – и продолжил заниматься своими делами, прислушиваясь к лопотанию ребёнка.

Всё было замечательно, пока не произошло одно событие. С момента ухода Дейша прошло около часа. До Делилониса через распахнутое окно донеслись снаружи обеспокоенные голоса. Заволновался он, когда воздух сотряс взбешённый рык Роаша, но ничего предпринять не успел: раздался сильный грохот, словно что-то взорвалось, пол слегка дрогнул, а голоса снаружи стали испуганными. Дел обеспокоенно приподнялся на своём месте, развернулся и выглянул в окно.

Осыпавшийся участок стены бросился в глаза сразу. Рядом сновала стража, рычал обозлённый Роаш, чьи рыжие волосы посерели от пыли. К его хвосту прижималась напуганная Райшанчик. Чуть в стороне стояли Ссадаши, Риалаш и Оисиша, сестрёнка Ссадаши. Они были припорошены пылью и смотрели на ругающегося Роаша с испугом.