Книга Наагатинские хроники, страница 28 – Екатерина Гичко

— Иллаза! – Тиш охнул и бросился к ней.

Вааш успел перемазать девушку кровью снежника, и у её братьев чуть разум не помутился.

— Ты ранена? – обеспокоенно спросил Озваш, схватив сестру за руки.

— Нет… – девочка всхлипнула. Её всё ещё потряхивало от пережитого ужаса. – Это… это…

— Да будет тебе, – добродушно пророкотал Вааш. – Зверушки на нас местные напали. Иллаза говорит, что снежники. Двух мы прибили, ещё двое дёру дали.

Ссадаши раздражённо отбросил сосульку и осмотрел себя. Шуба, которую ему одолжил Вааш, была щедро изодрана, по левому боку тянулась уже примёрзшая царапина, а на хвосте красовалось несколько проплешин.

— Всех бы прибили, если бы ты меч не посеял, – ядовито протянул парень.

Вааш мрачно посмотрел на него.

— Ты вообще оружие не взял, охламон, – напомнил он.

Зайзишарцы напряжённо переглянулись, но Вааш истолковал их взгляды по-своему.

— Я чувствую себя глупым юнцом и неудачником! – простонал он.

— О! – братья Иллазы и товарищи вздрогнули и с удивлением посмотрели на Ссадаши, к которому неожиданно вернулись его жеманные манеры. Задрав рубашку, наагалей кокетливо продемонстрировал пояс своей нижней юбки, на котором висели ножны. – У меня есть кинжальчик.

— Убью, – мрачно пообещал Вааш.

— Наагалей, вы так злы! – Ссадаши надул губы. – Только госпожа Иллаза меня понимает. Госпожа, пожалейте меня.

Он протянул руки, и Вааш с готовностью отдал ему девушку. Та обвила шею парня руками и расплакалась.

— Ну ты чего, принцесса? – жеманный наагалей опять испарился, уступив место нагловатому парню. – Это ж какое приключение! Будет чем подружкам похвалиться.

Озваш, успокоенный тем, что с сестрой всё в порядке, тихо спросил у Вааша:

— С вашим другом всё хорошо? Ему не требуется лекарь душ?

Вааш тяжело вздохнул и ответил:

— Взбучка ему требуется, а не лекарь! Выпендрёжник! Не заморачивайтесь.

Озваш с неясным пока озарением взглянул на спину наагалея, начиная осознавать, что им всем морочат голову.

— Давайте уже выбираться отсюда, – недовольно проворчал Вааш, – а то девчонку совсем застудим.

— Да, сейчас, – заторопился Озваш. – Только оповестим другие поисковые отряды, что направляемся домой.

Через несколько минут в небе, бабахнув, расцвёл огненный цветок, а отряд поспешно двинулся в сторону Зиишиира.

С наагаришем Зэйшером они столкнулись прямо у ворот. Отряд только-только добрался до охранного поста, и Ссадаши, отдав Иллазу Озвашу, вернул Ваашу его шубу. Тот скептически осмотрел изодранную одежду и предложил пустить её на подстилки для собак. Кто-то из часовых притащил для Ссадаши необъятное меховое одеяло, в которое они сами заворачивались, отдыхая в сторожке, и теперь наагалей, блаженно кутаясь в мохнатое тепло, благожелательно наблюдал за нагом, который, сидя на крыше, прочищал дымоход. Такое обыденное занятие успокаивало его: парень чувствовал себя немного взвинченным.

Приближение наагариша Зэйшера заметили издалека по снежному облаку. Пара оленей неслась через заснеженный луг, вытягивая за собой санки. Значительно дальше виднелось ещё несколько упряжек.

— Отец, – сказал глазастый Тиш.

Санки круто затормозили у ворот, и на снег плюхнулся наагариш. Найдя глазами дочь, он застонал от облегчения и бросился к ней.

— Иллаза! – прогудел он, почти вырывая дочь из рук сына. – Моя малышка! Как ты? Ты ранена? Откуда кровь?