Книга Салейские хроники, страница 242 – Екатерина Гичко

— Господин Ваирак принял ваш союз, — с улыбкой известил он.

Зиярелла едва сдержала рвущееся из груди изумление. Как? Уже всё? Им не нужно прочитать молитвы, пройтись с поклонами вокруг алтаря, выслушать наставления жреца и произнести слова обязательств друг перед другом?

Но главный жрец прекрасно понял её замешательство.

— Боги не нуждаются в лишних словах, — с улыбкой сказал он.

Их возвращение встретили уже с шумом. Большое семейство Вотых собралось перед домом, и новобрачных тут же с ног до головы осыпали зерном. Да так плотно, что под прикрытием традиционного осыпания Зияреллу едва не украли ушлые кузены Вахеша. Она не сразу поняла, что происходит, и от испуга завязала парочку наглецов в шкуру, в которую те хотели её завернуть.

— Дорогая сестра, — умоляюще пел Вика̀н, уже знакомый женщине, — будь милостива.

— Да, — его брат Леаха̀ш старательно отворачивался, ибо Зиярелла примотала их лицом друг к другу, — будь снисходительна, сестра.

Под хохот присутствующих их освободили, и всё семейство дружно потекло в дом.

На этом тёплый семейный праздник и закончился и началось степенное и величественное торжество — свадебный приём, должный перетечь ближе к вечеру в бал.

Приветствия гостей прошли как-то мимо Зияреллы. Она сидела рядом с Вахешем на возвышении и больше следила за дочерями и другими сумеречницами, которых окружили улыбчивые мужчины из волчьего семейства. Отчего-то несколько предвзятое отношение госпожи Мармиаши передалось и ей, и Зиярелла теперь бдительно посматривала, не глядит ли какой Вотый слишком уж пристально на наивных девочек. Перед ней мелькало множество лиц, больше незнакомых, иногда знакомые. Кто-то из них был дружелюбен, кто-то смотрел с откровенным любопытством, попадались и настороженные взгляды, холодные и надменные улыбки и едва прикрытое непонимание. Для Зияреллы всё слилось в единый калейдоскоп. Ей удавалось сосредоточить взгляд только на знакомых лицах или серых шевелюрах. Ну и хайнеса, прибывшего с семьёй почти в конце приёма перед началом бала, она очень хорошо запомнила.

— Отжал-таки себе сумеречницу, — Сильнейший весело щурил жёлтые глаза на Вахеша.

— Мы и вам можем подобрать, господин, — милостиво предложила госпожа Падуба.

— Премного благодарен, но не стоит утруждаться, милая Майяри, — любезно улыбнулся хайнес.

С бала они сбежали. Посидели около часа, а затем Вахеш, пользуясь тем, что танцующие кружились в яростном вихре под оглушающим громом музыки, потянул Зияреллу куда-то в сторону. Отогнул портьеру и утащил за собой в потайной коридорчик, который вывел их из зала.

— Но… — вскинулась было Зиярелла.

— Мы им больше не нужны. Пойдём.

Накатил лёгкий страх. Оставаться наедине с теперь уже мужем Зиярелла немного опасалась. Совсем чуть-чуть. Впереди её ожидало самое тяжёлое испытание замужества — первая брачная ночь, первая близость. Зиярелла надеялась, что сможет достойно повести себя и не разочаровать мужа холодностью и зажатостью.

Но Вахеш повёл её в сад. Ночь уже опустилась на город, свет и музыка лились из окон особняка, а они медленно прогуливались по узким дорожкам парка.

День был совершенно не похож на день свадьбы, а Зиярелла видела не только свою свадьбу, но свадьбы многих жителей общины. От молодой жены уже в первый день ждали многого. На неё смотрели десятки глаз, оценивали, какая из неё выйдет хозяйка, мать и супруга. Шумные сборы, медленное шествие по улицам до храма, потом долгая церемония, сложная и ответственная, чествование молодых и наконец завершение этого долгого дня, когда супруги впервые вместе уединяются в одной комнате. И уж точно муж и жена не гуляют ночью вместо того, чтобы исполнять супружеский долг.