Онлайн книга «Салейские хроники»
|
Ещё попрятались и занятия посмели прогулять! Ух, как же Зиярелла на них была зла! Но не могла не признать, что сердце томительно замирало от тихого перестука подвесок. Невольно вспоминались совсем юные годы, когда она, ещё незамужняя девушка, полная радостных надежд, нашивала на свой платок первые украшения. Медные. Папа был так добр и щедр, что заказал их у самого искусного в общине кузнеца. Всё по заветам предков! Зиярелле, конечно, хотелось чего-то более нового и красивого, как у других девушек, но об этом с отцом можно было и не заговаривать. А сейчас она, брошенная жена и мать пятерых девочек, вновь слышала стук невестиных подвесок. И ощущала, как распускается в душе что-то молодое, совсем юное. И без причины предвкушала нечто хорошее, а будущее виделось ярким и светлым. Но страх быстро наводнил смуту в её душе. — Ну вот и хорошо, — одобрила брезаллы Ярвиделла. Зиярелла злилась на Благословлённую на одиночество. Та мало того, что позволила господину Вахешу его неведомые ухаживания, так ещё и девочек убедила, что это хорошая затея. А сама-то бегала от мастера Дагрѐна и краснела и бледнела при его виде! Да, она старше Зияреллы в два раза. Но замужем никогда не была, детей нет и ни один мужчина не смог прикоснуться к её телу с грязными намерениями и не заплатить за эту жестокую цену. А ещё она была столь беспощадно красива, что мужчины были готовы стелиться под её ноги. Лишь бы споткнулась и обратила внимание. Нет, сперва мысль, что Благословлённая на одиночество может выйти замуж, показалась Зиярелле кощунственной. Она же благословлена на одиночество богами! Но потом Зиярелла вспомнила Говорящего с богами, из-за злых слов которого потеряла ребёнка и который объявил Ярвиделлу Благословлённой, и засомневалась, что это одиночество было угодно богам. Зачем им тогда давать Ярвиделле такую красоту? Нет, не зря отец Ярвиделлы плюнул в лицо Говорящего с богами, а потом и едва не убил его сына. Ох, какого же крутого нрава был папа Ярвиделлы! И красоту, и характер она взяла от него. Если честно, Зиярелла иногда завидовала Ярвиделле. Ту тоже воспитывал отец. Но он относился к своей дочери совсем иначе. Злость и обида сподвигли Зияреллу на мелкую месть. Всю ночь она проторчала в мастерской и к утру вырезала из кости три подвески. А затем дождалась, когда взмокшая на тренировке Ярвиделла сбросила платок наземь, и пришила брезаллы на самом видном месте. Благословлённая на одиночество только хмыкнула. — Здесь никто и не знает, для чего они. И спокойно набросила покрывало на голову. Но Зиярелла не успела ощутить разочарование. На полигоне словно из воздуха появился доброжелательный мастер Дагрен. Зиярелле он очень нравился. Хороший мужчина. В дороге постоянно кормил девочек, приносил с охоты дичь, баловал ягодами и диким мёдом. Всегда вёл себя очень почтительно, не позволял себе пристальных и сальных взглядов. Только зверь его, грозная пума, порой творил кое-какие безобразия, но мастер всегда искренне извинялся и считал поведение своей второй половины недопустимым. А ещё у него была дочка. Страшно дерзкая девчонка, которую папа неприкрыто обожал. И вот за эту любовь к дочери мастер Дагрен нравился Зиярелле особенно сильно. — О, я видел эти подвески в справочнике! — оживился мастер, заметив брезаллы. — Это же… |