Книга Салейские хроники, страница 177 – Екатерина Гичко

— Я тоже хочу!

— Прости, дорогая, я уже замёрз. Позволь мне надеть хотя бы штаны, хорошо? Отвернись, милая.

Иия послушно отвернулась, и Иер бросился к штанам. Лийриша же постаралась прикрыть его, заботясь, конечно же, о своём ребёнке.

Уже затягивая ремень, Иерхарид коварно пропел:

— А у мамы тоже есть шрамы.

— Правда? — Иия распахнула глазки. — Я хочу посмотреть.

— Давай посмотрим вместе, — подмигнул дочери Иер.

— Не сегодня, дорогая, — Риша едва выдавила улыбку и зыркнула на одевающегося мужа.

Вот же негодяй!

Негодяем Харид оказался первостепенным.

Риша, прижавшись носом к стеклу, смотрела вниз на высокую, облачённую в белое фигуру. Бывший хайнес стоял посреди парка и присматривал за детишками, с визгом носящимися по просохшей полянке. Ей тоже очень хотелось к ним, но её просквозило и господин Винеш запретил и нос казать на улицу. Что было очень несправедливо: сопливый Зиш бегал по парку вместе с сестрой, но лекарь посчитал, что мальчику полезнее часик подышать свежим воздухом и как следует просопливиться, а Лийрише лучше не рисковать. Здоровье-то слабое, и так еле выкарабкалась.

— Любит он меня, как же! — раздражённо шипела лисичка, комкая занавески пальчиками.

Рядом с Харидом, в прямо-таки неприличной близости, стояла видная красивая женщина в роскошном багряном платье и лисьей шубке. Серебристые локоны, выправленные из причёски, кокетливо обрамляли белоснежное лицо. Цвета глаз, да и черты самого лица Риша с третьего этажа рассмотреть не могла, но была уверена, что и глаза, и лицо у незнакомки восхитительны, и невольно сравнивала себя с ней.

Сравнение было не в пользу Риши, у которой и глаза покраснели, и нос распух, цвет лица оставался нездорово серым, а про рыжий ёжик на голове даже вспоминать не хотелось, но он отражался в стекле.

Хорошесть незнакомки тревожила и раздражала Ришу. А когда красавица вдруг прикоснулась к локтю Харида, лисичка едва оконную раму не выдавила. Это несправедливо! Она болеет, ничего не помнит, а какая-то смазливая дамочка в лисьей шкуре смеет трогать её мужа за рукав пальто! А тот ещё и улыбается ей любезно, что-то отвечает, кивает на детей. На их совместных, между прочим, детей!

Когда Зиш вдруг подбежал к женщине и со смехом повис на роскошной юбке, сердце Риши упало, а лисичка внутри обеспокоенно заметалась. В душу заполз страх потери. Лийриша с таким трудом вновь обрела тех, кому она нужна, с такой болью преодолела долгий путь к выздоровлению, что страх оказаться ненужной едва ли не перерос в ужас.

— Что такое?

Риша вздрогнула и испуганно посмотрела на склонившегося над её плечом Узээриша. Молодой хайнес, видимо, только вернулся из города, ещё не успел сбросить мокрый плащ, и за его спиной чуть поодаль маячил Святой помощник, невозмутимый Саврий.

Риш посмотрел на встревоженное лицо мачехи, потом бросил взгляд в парк и ехидно улыбнулся.

— О, госпожа Диша, — пропел он. — Давно она не появлялась при дворе. Воспользовалась сменой власти. Отец же запретил появляться ей здесь.

— Почему? — удивилась Риша. Хариду явно нравилась компания в лице незнакомки.

— Она была его любовницей до того, как вы поженились. О, не думай, отец верен тебе, — Риш сурово свёл брови. — Но госпожа Диша очень упрямая особа, и ей было сложно отказаться от положения любовницы хайнеса. Поэтому отцу пришлось указать ей на дверь и запретить появляться при дворе. Слышал, это сильно ударило по её самолюбию, и она поклялась не отступать и не упустить возможность возвыситься снова.