Книга Шепот пустыни: кровавая охота, страница 30 – София Бёрк

В какой-то момент Фиона заговорила, но ее слова были обращены не к нему. Ее взгляд, расфокусированный и дикий, был устремлен в пустоту.

— Я не просила… — прошептала она, судорожно сжимая его пальцы. — Зачем ты сделала это со мной?

Кассий нахмурился, не понимая, к кому она обращается.

— Это не твой дар, — продолжала девушка, и в ее голосе зазвенел металл. — Это проклятие. Я не хочу его!

Тяжелые веки нехотя поддались, и первое, что Фиона увидела, было багровое, почти черное небо. Осознание приходило медленно, мучительно. Она висела, скованная по рукам над головой, и спиной ощущала холодный, грубый камень столба. Внизу, куда едва доставали кончики пальцев ног, плескалось озеро. Но вместо воды в нем медленно колыхалась густая, алая кровь. Каждая волна, омывая ее ступни, обжигала ледяным холодом.

Однако этот холод тонул в другой, всепоглощающей боли. Она пульсировала где-то глубоко внутри, острая и неумолимая, заглушая страх, отчаяние и любые другие чувства. Боль была единственной реальностью.

Именно сквозь эту багровую пелену она увидела ту, что стояла прямо перед ней. Женщина неземной, хищной красоты. Угольно-черные, роскошные волосы водопадом ниспадали по плечам, контрастируя с бледной кожей. Алые, манящие губы были слегка приоткрыты, а глаза… глаза горели расплавленным рубином. Изящная, точеная фигура источала одновременно грацию и смертельную угрозу. Фиона никогда в жизни не видела никого прекраснее и ужаснее.

Внезапно в памяти вспыхнул образ: таинственная посетительница в зоопарке, ее пронзительный взгляд, едва уловимая аура власти. Черты лица были те же. Это была она. Лилит. Не просто женщина, а богиня вампиров в своем истинном, пугающем великолепии.

И сейчас эта богиня была в ярости. Фиона видела это в напряженной линии плеч, в том, как плотно были сжаты ее идеальные губы, в ледяном пламени, что бушевало в алых глазах. Вся ее поза кричала о плохо сдерживаемой злости, направленной прямо на свою пленницу.

— Фиона, ты умираешь, — голос Лилит, обычно бархатный и вкрадчивый, сейчас звенел от ледяного, сдерживаемого гнева. Каждое слово было отточено, как кинжал, и нацелено в самое сердце. — Единственное, что еще удерживает твою душу в этом теле — моя сила. И она иссякает. Ты должна была прожить дольше! Я предначертала тебе иной срок, а ты… ты всё испортила своей глупой жалостью!

Фиона вздрогнула. Не от резких слов, а от очередной волны боли, пронзившей ее тело. Дыхание сбилось, в глазах потемнело, но она сцепила зубы, заставляя себя смотреть прямо в горящие алым глаза вампирши. Слабая, измученная улыбка коснулась ее бледных губ.

— Я ни о чем не жалею.

Лилит раздраженно фыркнула, ее идеальные черты исказила гримаса досады. Она сделала шаг вперед, нависая над девушкой, словно хищница над раненой добычей. Ее аура давила, заставляя воздух в комнате похолодеть и сгуститься.

— Ты не понимаешь, упрямое дитя. Кассий хочет обратить тебя. Сделать такой же, как мы. И поверь, у него хватит на это сил. Он действительно может спасти твою жизнь, даровав вечность.

При этих словах в глазах Фионы вспыхнул настоящий, животный ужас. Боль в теле на мгновение отступила, вытесненная ледяным страхом, сковавшим душу. Вечность. Вечность во тьме, вечность в подчинении. Она отчаянно замотала головой.