Книга Волк для ведьмы, страница 50 – Ольга Шерстобитова

— Только четырнадцать? Выглядит он старше, – не удержалась я.

— Волчья кровь.

Хм…

— Ах да, ты же не знаешь про эту особенность у оборотней, совсем забыл.

— Расскажешь?

— Когда волк впервые оборачивается, его кровь начинает менять организм. Становятся крепче кости, от постоянных физических нагрузок растут мышцы, появляется волчий аппетит… Ну и получается так, что в четырнадцать волк-подросток может выглядеть, как человеческий юноша лет в семнадцать.

Что-то царапнуло меня внутри после этого ответа, но в этот момент мимо нас с диким визгом пронеслась детвора, судя по крикам, играя в догонялки, и мысль ускользнула.

— Глеб, а когда у вас случается первый оборот?

— В основном, лет в тринадцать-четырнадцать, но бывает и раньше, если у оборотня случается сильный эмоциональный всплеск или шок. Мы стараемся таких ситуаций не допускать, потому что такой неподготовленный оборот очень болезнен. Впрочем, у Ланса он все равно вышел таким.

Я посмотрела на Глеба, ожидая продолжения.

— Он с родителями находился в лесу неподалеку от поселения, когда неожиданно случился прорыв. Его отец и мать спасли сына, выжили бы и сами, если бы в когтях монстров не оказался яд… Даже волчья регенерация не помогла. Вот… тогда-то, пытаясь защитить родителей во время нападения, он и обернулся.

В голосе Глеба слышалась непередаваемая горечь, и я, не спрашивая, поняла, что он с отцом пришли на помощь первыми, но не успели, не справились, и мой оборотень до сих пор чувствует свою вину.

Взяла его за руку, сочувствуя и пытаясь хоть немного ободрить этим прикосновением. Глеб перевел взгляд на наши переплетенные руки, чему-то улыбнулся.

— Тебе еще обувь, наверное, нужна, – перевел он тему, и я не решилась сейчас расспрашивать его о прорывах.

— Да. Только сдается, я и так заставила тебя ждать.

— Ничуть. Я успел решить немало дел, пока ты выбирала одежду. Пойдем, здесь неподалеку есть хорошая лавочка, – кивнул Глеб, принюхался, перевел взгляд на меня, словно ждал, что я расскажу ему что-то, но промолчал.

Пока я подбирала обувь, мой волк снова исчез. Появился, когда мне упаковывали покупку, с приличным размером ларцом.

— Что там? – не удержалась я от любопытства.

— Твои украшения.

Я вдохнула, чтобы возмутиться, но увидела сощуренный взгляд Глеба, замерших оборотней, смотревших на меня с разных сторон, и воздержалась.

— Тебе не кажется, что это чересчур? – спросила шепотом.

— Нет.

— Ну да, у оборотней принято дарить украшения сундуками, – ехидно заметила я.

— Угу, – невозмутимо согласился он.

Ну вот как ему объяснить-то? Я вздохнула, Глеб напрягся.

— Ты не любишь украшения?

— У меня их никогда не было, – созналась честно, и Глеб вытаращил на меня глаза.

— То есть?

— Мы с бабушкой жили небогато.

Глеб задумался, нахмурился и покосился в сторону улицы, где располагалась явно ювелирная лавочка. Как бы он еще один сундук мне не прикупил!

— Теперь будут, – невозмутимо заявил он.

— А может… Глеб, в конце концов, это не прилично! Посторонний мужчина не должен дарить девушке украшения.

— А еще она не должна жить в его доме, целоваться с ним, готовить ему завтраки и принимать в подарок одежду и обувь.

Ну да, собственно, это так.

— Это людские законы, Дана, – спокойно заявил Глеб. – А я – не человек, я – оборотень. И в моем мире все иначе. Привыкай.