Книга Волк для ведьмы, страница 101 – Ольга Шерстобитова

Но на этом мои мучения не закончились. После дежурства возле пещеры, едва нас сменили другие волки, мы пообедали и вновь отправились помогать со строительством лавочки.

— Здесь от тебя хоть будет толк! – ухмыльнулся отец, и мне захотелось фыркнуть.

Силой оборотни не обделены, а если учесть, что помогать с домом приходили все свободные в стае волки, лавочку для моей пары мы поставим быстро. Неожиданно для себя я увлекся. Думал о своей девчонке, представлял ее здесь за работой и окончательно успокоился.

А когда наконец-таки вошел в дом и обнаружил Дану на кухне, увлеченную приготовлением зелья, замер, забыв обо всем на свете. Когда она ворожила, то ее внутренний свет становился лишь ярче, и меня тянуло к Дане с еще большей силой.

Открытая, порхающая, сосредоточенная на колдовстве, она была невероятно прекрасна. И невероятно желанна.

Вот сколько я так еще продержусь?

Сейчас хотелось стиснуть ее в своих руках, заласкать до огненных искр из глаз, зацеловать до опухших губ, поставить на ней свою метку, чтобы все знали: это моя женщина. Моя ведьма. Моя пара. Мое рыжеволосое счастье. И я никому Дану не отдам.

Я раз за разом сокращал между нами расстояние, но знал, что пока Дана прямо не скажет, что согласна на нашу связь, бессилен. Могу лишь защищать, заботиться о ней и убеждать себя не торопиться.

Когда Дана закончила свою работу, обернулась и увидела меня, я тут же оказался рядом. И ее объятья и поцелуи стоили каждого мгновения моего сегодняшнего ожидания.

И уже не ужасно, что сгораю от желания, подожду, сколько требуется. Гораздо важнее видеть, как сияют глаза моей пары, как трепетно она отвечает на каждый мой поцелуй, отзывается на прикосновения…

Я люблю ее. Вот такую, какая есть. И все пытаюсь найти момент, чтобы не спугнуть и сказать эти простые слова. Но теряюсь в звуке ее голоса и взглядах, забываюсь…

И знаю, что все равно настанет миг, когда я ей признаюсь. И верю, Дана ответит на мои чувства тем же.

Дана Уварова

Проснувшись утром, я не сразу поняла, почему мне так жарко. Но вспомнив, что в моей спальне остался ночевать Глеб и теперь крепко оплетал одну ведьму руками и ногами, явно не собираясь выпускать, только закрыла глаза и попыталась унять бешено колотящееся сердце. Немного успокоившись, решительно принялась выбираться. Но не тут-то было!

Глеб что-то пробурчал во сне, притиснул меня еще сильнее… Такие объятья приличными уже не назовешь. Страстными, возбуждающими, горячими…

Ну вот о чем я думаю?

Медленно отцепила руку мужчины, сжимающую мою талию, отдышалась, убрала вторую, сползшую еще ниже, и начала отодвигаться.

И опять потерпела неудачу! Рывок – и Глеб сжал меня так, что уже не вырваться, еще и немного придавил сверху.

Таким утром, каким выдалось мое, явно нужны решительные меры! Вдохнула и поцеловала мужчину. И едва Глеб открыл глаза, ощущая, как колотится сердце и горят губы, вообще забыла, что я до этого прикосновения хотела сделать.

— Какое у меня, однако, сегодня доброе утро, – прошептал Глеб, и от того, с какой мурлыкающей интонацией он произнес самые обычные слова, по спине в который раз пошли мурашки.

Не дав опомниться, нашел мои губы и стал покрывать их короткими нежными поцелуями, изредка порыкивая и лишая одну ведьму последней воли.