Книга Почем нынче русалки, страница 162 – Ольга Шерстобитова

— Потому что люблю тебя, - ответила все же я, недоумевая.

— А русалки? А Серебряный город? - спросил Лир шепотом.

Ненормальный. Разве я смогу уплыть, зная, что ему будет больно? Да я скорее умру, чем позволю ему страдать.

— Ты, оказывается, мне дороже всего, Лир. Прости, что я поняла это только сейчас. И спасибо, что отпустил, и что дождался. Именно море все для меня прояснило, и все разложило по полочкам.

— Дороже свободы, Ари? - сказал Лир, вглядываясь в меня.

Вот зачем он задает эти вопросы, словно режет ножом по сердцу, напоминая о том, чего я лишилась, выбрав его? Зачем?

— С тобой я тоже свободна, Лир. И пока ты меня любишь, я не променяю тебя ни на что другое, - слова давались мне с трудом, но я сказала это.

Лир снова стал целовать мои руки.

— Спасибо, родная. Ты не представляешь, что для меня это все значит, - сказал маг. - А теперь расскажи мне, о том, как ты провела эти дни, - попросил Лир тихо.

И я рассказала. В основном об ощущениях и эмоциях. О полете русалок, о зове Серебряного города, о том, как захотелось домой.

— Домой? - спросил Лир.

— Да. Я все время думала, где он, мой дом. А теперь поняла - рядом с тобой. Только с тобой. Мой дом там, где любимый мужчина. Мой дом там, где ты, Лир.

Он даже дышать перестал, пока я говорила, а потом притянул меня к себе и поцеловал в губы. Жадно, горячо. Так, что захотелось жить, любить и дарить это все миру.

Мы с Лиром проснулись к обеду. Оба сразу.

— Здравствуй, Ари, - сказал Аран, оказываясь рядом.

— Привет, - сказала я, смотря, как Даринель и леший, помешивают что-то в котелке.

Нечисть мне улыбнулась, тоже поздоровавшись.

Мы с Лиром выползли из-под спальников и плащей, заметив, что за куполом, где мы находились, снова пошел снег красивыми белыми хлопьями. Вместе пообедали, а потом я отправилась гулять под ручку с Лиром вдоль берега, смотря, как снежинки тают в волнах. Сейчас нам обоим нужно было что-то такое привычное и обычное, чтобы успокоиться и немного прийти в себя.

К вечеру снова разыгралась метель, которая утихла только к концу следующего дня. Я тосковала по морю. Мне не хватало его физически. Было больно. До отчаяния. До тупой пульсирующей внутри тишины. Я заставляла себя улыбаться всем, пряча внутрь все то, что никто и никогда не узнает.

Решила, значит, решила. И только миллион крошечных снежных иголочек периодически врезались в сердце, отзываясь на зов, который я слышала постоянно. Пусть тихий, слабый, но слышала.

От моря я не отходила, но плавать больше не пыталась. Из-за Лира. Любовь обязана чем-то жертвовать, и если наше счастье зависит от того, чтобы я была рядом, то, пожалуйста. Море в обмен на любовь. Не так уж и много. Для обычного человека. Не для русалки.

Я смотрела на пенные волны, чувствуя, что внутри меня что-то обрывается и словно умирает, вглядывалась в воду, а потом снова заставляла себя улыбаться. Чего же мне стоили эти улыбки! Я ведь прощалась с морем. Навсегда прощалась. Окончательно. Бесповоротно. И от этого на сердце становилось так больно, что хотелось выть, как метели, кружащей вокруг нас. Но я не выла. Улыбалась. Надо быть сильной. Я столько выдержала. Переживу как-нибудь. Надо быть сильной. Не казаться, а просто быть. Стать. Любовь стоит того. Лир стоит того. Даже большего.